ЛГБТ-пара о переезде из России в Эстонию: здесь мы чувствуем себя довольно свободно

С тех пор как в 2013 году в России на законодательном уровне запретили «пропаганду гомосексуализма», однополые пары начали уезжать в более комфортную для построения личной жизни среду — на Запад. Как ЛГБТ-пара из России решилась мигрировать в Эстонию и что из этого вышло, читайте в материале Rus.Postimees.

О любви

Наташа и Даша (имена изменены по просьбе героинь) познакомились в 2012 году на Международной конференции молодых филологов. Обе девушки выступали в университете с докладами. Завязалось общение, потом дружеская переписка в соцсетях, следом за ней появилась романтическая привязанность. Наташа годом ранее перевелась из российского вуза в Тартуский университет. Даша учиться в ТУ тогда не планировала. Первое время отношения между девушками развивались на расстоянии.

Мама Наташи, активный пользователь интернета, быстро поняла, что дочь влюбилась. Сама Наташа в чувствах разобралась не сразу. «Сначала меня заинтересовала ее личность, — вспоминает она. — Даша журналист. В то время были популярны ЖЖ и твиттер. Мне очень нравилось то, как она пишет и про что она пишет. Мне это было близко и понятно». После длительного общения в соцсетях девушки встретились сначала в Москве, а потом в Тарту. Завязался роман. По словам Наташи, то, что все происходящее между ними – всерьез и надолго, им стало понятно сразу. Скрывать свои отношения от друзей и близких они не стали. Те, в свою очередь, решение девушек поддержали. «Нам в этом смысле очень повезло» — говорит она с улыбкой.

В 2013-м девушки начали жить вместе. Наташа училась в ТУ, Даша доучивалась в России на магистра. Оставался последний семестр, и она при первой возможности возвращалась в Тарту. Поэтому разлука переживалась не так остро. Когда Даша доучилась, она поступила в Тартуский на смежную специальность. С тех пор девушки неразлучны. Первое время, как и у многих пар, живущих вдали от родины, у Наташи и Даши были трудности с деньгами. Поскольку без знания государственного языка трудоустроиться в Тарту было практически невозможно, девушки удаленно работали с российскими заказчиками. Совмещать учебу с работой было сложно, но возможно.

Когда финансовая ситуация выправилась, девушки решили заключить брак. «Гетеросексуальные пары часто задаются вопросом: зачем жениться, если нет детей. Если ты ЛГБТ, это такой statement (заявление — прим.авт.). Я считаю, что у меня должно быть такое же право, как у всех. И лично я его могу осуществить», — размышляет Наташа. В прошлом году девушки поехали с этой целью в Копенгаген. Сейчас это одно из немногих мест в мире, где заключить однополый брак могут именно иностранцы. «Мы все-таки надеемся, что когда-нибудь в Эстонии будет принят закон о праве на брак. Первые шаги в этом направлении видны. Это гражданское партнерство, которое, к сожалению, могут заключить между собой только граждане Эстонии. В каком-то смысле это полумера, но это большой шаг вперед».

Об Эстонии

Свой эмигрантский опыт Наташа не считает исключительным. Первое время ушло на адаптацию в новой среде: «Эстонский народ, в общем-то, закрытый и интровертный. Все спокойные, все занимаются своими делами, никто на тебя, как это часто бывает в России, не пялится. На улицах не заводят разговоры. Стереотипы об эстонской интровертности частично правдивы. Но мне этот менталитет подходит». Однако в этом же и кроется определенная сложность. По словам Наташи, в эстонское общество сложно вписаться из-за его закрытости. Несмотря на распространенность русского языка, сообщества — русское и эстонское — находятся в разных контекстах. Сейчас у Наташи есть и русскоязычные, и эстоноязычные друзья. Но встроиться в оба этих сообщества ей было непросто.

В первую очередь в Эстонии нет законов, ограничивающих в правах из-за сексуальной ориентации. Во-вторых, гораздо спокойнее однополые отношения воспринимаются на бытовом уровне.

Определенные сложности были с изучением государственного языка: «Эстонский я выучила не сразу. Важно сказать, что русскому человеку его выучить сложнее, чем английский, французский или немецкий. Чем любой язык, который входит в индоевропейскую семью. Эстонцам наш язык, кстати, тоже сложно дается». Английский первое время она знала не очень хорошо, да и значительно меньше людей, чем сейчас, владели английским. Со временем из-за притока студентов, которые приезжают учиться на долгий срок, а то и вовсе остаются здесь жить, город стал очень интернациональным. В Тарту открывается все больше заведений, где сотрудники вовсе не говорят по-эстонски.

Поразило девушек эстонское внимание к человеку, к соблюдению его прав на бытовом уровне. Контрастным с Россией было поведение сотрудников госучреждений, с которым им как иностранкам приходилось общаться довольно часто: «Первое время у меня было много контактов с полицией и с таможенной службой. Тебе нужно подать документы на вид на жительство, получить, продлить. Ты много контактируешь с чиновниками, и с ними гораздо приятнее общаться». По-другому устроена и университетская среда, в которой, по словам Наташи, преподаватели ведут себя иначе, чем в России, где могут пристыдить и даже унизить.

Частый вопрос друзей девушек из России: «Не скучно ли здесь живется?» Имеется в виду, что в больших городах, таких, как Москва и Питер, очень много всего происходит. Музеи, концерты, спектакли, вечеринки, рестораны… В Тарту развлечений значительно меньше, и человек искушенный в такой среде может заскучать. Наташа отвечает: «Тут очень мало событий и мест. Но мне не скучно. Я — интроверт и всегда найду, чем заняться. Вечеринками и клубами я не живу и не жила еще в России. Мне комфортно, но многим людям из Москвы, Питера и других больших городов было бы здесь непривычно».

Пока в Эстонии на государственном уровне у нас не будет всех тех прав, которые есть у гетеросексуальных пар (право вступать в брак, иметь общих детей и т.д.), наши права будут нарушаться.

О дискриминации

Быть ЛГБТ-парой в Эстонии значительно проще, чем в России, и на то есть несколько причин. В первую очередь в Эстонии нет законов, ограничивающих в правах из-за сексуальной ориентации. Во-вторых, гораздо спокойнее однополые отношения воспринимаются на бытовом уровне. В Тарту девушки ходят, держась за руки, и, хоть и сдержанно, но все же прилюдно выражают свои чувства. Они неоднократно ловили на себе любопытные взгляды, но с открытой агрессией ни разу не сталкивались. «Да, реакция иногда ощущается, но, в принципе, тут себя чувствуешь довольно свободно».

Тем не менее ситуация по мнению Наташи все еще далека от образцовой: «Да, конечно, можно по-разному смотреть на происходящее, но я считаю, что пока в Эстонии на государственном уровне у нас не будет всех тех прав, которые есть у гетеросексуальных пар (право вступать в брак, иметь общих детей и т.д.), наши права будут нарушаться. Последнее время слышны голоса консервативных партий в отношений самых разных вещей, в том числе ЛГБТ. Появляется угроза от политиков».

Когда девушки возвращаются в Россию, позволить себе открыто выражать свои чувства они не могут. Наташа размышляет: «В Москве на эскалаторах очень часто можно видеть гетеросексуальные парочки, которые целуются, обнимаются очень тесно. И люди воспринимают это нормально. Если это в порядке вещей, то почему однополые пары не могут поцеловаться? Мы стояли на эскалаторе близко друг к другу и обнимались. Мы вели себя прилично. Вдруг какой-то мужчина начал на нас орать: “Вы еще тут поцелуйтесь! Распоясались!”» С тех пор в Москве они, взявшись за руки, не ходят.

О планах на будущее

Сейчас девушки миновали сложности адаптации. Наташа доучивается в Тартуском художественном колледже и работает в музее. Даша оканчивает в ТУ аспирантуру и работает в сфере развития туризма. В планах — снять квартиру побольше, со временем – купить собственную и завести собаку. Через несколько лет, если все пойдет хорошо, девушки всерьез подумывают о детях.

Источник

Поделись публикацией
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on LinkedIn
Linkedin
Share on VK
VK
Share on Tumblr
Tumblr
Pin on Pinterest
Pinterest

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

14 − 8 =