«Часто задумывался о суициде…». О жизни трансгендеров в Кыргызстане

Вы готовы понять и принять своего ребенка, если он окажется трансгендером? Отец, столкнувшийся с этим, рассказал, что пережил. Он предупреждает, что такой ребенок не должен оставаться один на один со своими трудностями.

Человек сам не выбирает, каким ему родиться. Какого цвета кожа у человека – на все воля Творца. Так же и люди-трансгендеры пришли на этот свет такими, какие есть. И хоть медицинская наука давно доказала это, существует много стереотипов, связанных с ними, а среди населения ощущается недостаток информации на эту тему.

Самое печальное – в Кыргызстане работники сферы медицины тоже пока не владеют полным пониманием проблем трансгендеров. В последние годы в Кыргызстане стала понемногу распространяться информация о трансгендерах. Поэтому мы надеемся, что эта статья, подготовленная при поддержке специалистов, поможет предупредить такое явление, как суицид среди представителей этого сообщества.

Максат: Я не замечал, что мой ребенок другой

– Я боюсь, что на моего сына могут напасть или со мной могут случиться неприятные события. Поэтому я прошу условно назвать меня Максатом Кайратовым. Потому что до сих пор я не говорил об этом даже с родственниками. Только из-за того, что в обществе еще не устоялось понятие о трансгендерах, наша семья вынуждена вот так защищаться…

Родилась девочка, позже и в свидетельстве о рождении пол был записан как женский. Мне даже не могло приснится, что с моим ребенком может такое случиться. Когда дочке было 12 лет, моя супруга умерла. И дочь начала меняться. Конечно, когда мать была жива, мы замечали изменения в характере ребенка.

Например, у нее были тяжелые шаги, и характер у нее был мальчишеский почему-то. Во дворе она играла с со всякими железками, на улице водилась только с мальчиками, дралась. Позже, когда умерла жена, она изменилась резко. Я думал, что это произошло из-за психологического удара от потери матери.

Однажды она спросила у меня, можно ли коротко подстричься. Я согласился. Потому что и мне, и ей было трудно каждое утро перед походом в школу причесывать ее, завязывать бантики, как это делала ее мать. Я подумал, что, возможно, дочь решила меня пожалеть и подстричься коротко. Тогда она уже училась в 7 классе. Позже, уже в 8 классе она потеряла желание ходить в школу, но причины не говорила. Я ходил в школу, говорил с учителями, вроде, никаких причин нет. Но дочь постоянно ходила нахмуренная, стала какой-то отстраненной. Я отчаялся и повел ее к психологу. Но и психолог не оказал нормальной помощи.

Вот так, до 9 класса дочь ходила в школу с трудом, постепенно стало труднее заставлять ее посещать уроки. Однажды она мне заявила, что вообще не пойдет в школу, и расплакалась. Я не мог стоять рядом просто так. Но причины она не называла. Я предположил, что ей могли угрожать девочки-хулиганки в школе, но все было нормально…

В четырех стенах…

В итоге мне пришлось принять решение о том, чтобы дочь перестала посещать школу. Но она была одной из лучших в классе. Я сильно расстроился. Мне не давало покоя, что она не получит образование. Но она научилась заниматься самостоятельно, читать дома разную литературу. Купил ей компьютер, создал условия для получения системного образования. Обеспечил ей возможность пользоваться Интернетом. Но ребенок никуда не выходила. Сама себя закрыла в четырех стенах.

«Встречайся с подругами, сходи к родственникам», – говорил я ей, но она отказывалась. Не могу уже даже уговорить ее сходить со мной куда-то. Она лишь иногда ходит в театр, но она выпала из общества. Вот так год-два она сидела дома. Была всегда хмурой. Я устал. Однажды она заявила, что хочет жить самостоятельно, снимать квартиру. Иногда выходила на прогулки по городу. Но я не согласился на то, чтобы она жила отдельно. Потому что дом у нас большой, у ребенка была своя комната. Я не понимал, почему она хочет жить отдельно.

В конце концов пришлось серьезно поговорить с ребенком. Была еще одна причина – дочь, не выходившая за двери дома, стала возвращаться к полуночи. Пару раз я услышал запах алкоголя от нее, с тех пор потерял покой. Я начал ей твердить, чтобы она держалась подальше от плохой компании. Как-то я, она и младший сын сели поговорить. Дочь заявила тогда, что она не девочка! «Тебя кто-то изнасиловал?! Рассказывай!», – требовал я. «Нет, никто меня не насиловал, мое тело мертвое», – заявила она. Как это должен понимать человек?!

«Расскажи, что это значит?!», – интересовался я. Она ответила: «Отец, если ты хочешь понять сказанное мной, ты согласен завтра пойти со мной к психотерапевту?». Что мне оставалось? Мы вместе пошли в психушку. Я даже не думал, что когда-то пойду к психотерапевту…

Мы пошли и встретились с пожилой русской женщиной. Мы долго с ней сидели и вели откровенную беседу. Только тогда я понял, что проблема трансгендерности была у нас еще со времени Союза. Но из-за того, что страна была закрытой, такие проблемы не озвучивались. Оказалось, что на Западе трансгендеры выходят на акции протеста и заявляют обществу о своих правах, потому что эта проблема существует еще со времен появления человека.

Сегодня к трансгендерам относятся так же, как в давние времена, так во времена сегрегации относились к темнокожим. Я понял своего ребенка лишь после посещения опытного психотерапевта. После этого мы перешли к откровенным беседам.

Тяжелее всего – понять и принять

Оказалось, что она боролась сама с собой. «Отец, я думал, что все это – проблемы переходного возраста. Но после того, как я узнал, что это не так, хотел обидеть тебя, хотел, чтобы ты меня возненавидел. Сколько раз я пытался это сделать?! Я искал пути обидеть вас, уйдя из дома навсегда. Часто задумывался над суицидом, но вспоминал, как тяжело было тебе после потери матери. И вынужденно останавливал себя…

Я чувствовал, что, если сам себя убью, вам будет тяжелее остальных. Если вы не вытерпите горечь и умрете, то на ком останется младший брат? Только эта мысль много раз заставляла меня отказаться от мысли о самоубийстве», – только услышав это я проанализировал поведение дочери с детства.

Оказалось, что это явление редко встречается среди людей, поэтому мы не все понимаем его. Не понимая законов природы, мы рассматриваем это как капризы молодежи. Это я рассказываю вам только начало самого трудного испытания в моей жизни…

На этом месте приостановим монолог нашего героя и обратим внимание на мнение специалиста Республиканского центра психического здоровья, врача-психиатра, работающего с подростками, Уулкан Итикуловой. Она опровергает предположения некоторых о том, что трансгендерами становятся из-за моды, навязанной западной культурой или под влиянием идеологической пропаганды:

– Из-за того, что в нашем обществе нет широкого понимания трансгендерности, есть те, кто относится к этой проблеме негативно. Есть и те, кто считает, что это влияние западной моды.Это заблуждение.

Люди-трансгендеры были и в древности, есть сегодня и будут еще. Это – проблема не сегодняшнего дня. В медицинской науке лишь с конца XX века стали обращать на это серьезное внимание. Были изучены причины. Оказалось, что этот феномен не зависит от национальности, расы, государства, наличия или отсутствия богатств. К сожалению, было установлено, что это общечеловеческая проблема.

Трансгендерность — это несовпадение гендерной идентичности человека с зарегистрированным при рождении полом. Это не надо рассматривать и с биологической точки зрения. Нельзя рассматривать это и как генетическую проблему. Правильнее подходить к этому вопросу с точки зрения психиатрии.

В странах СНГ, в том числе в Кыргызстане, ведется работа по этой проблеме. Мы сейчас находимся на уровне применения мер GSM-4. GSM-4 – не означает психическое заболевание, правильно называть это гендерной идентичностью. Мы говорим о психиатрии, поэтому некоторые читатели могут подумать, что трансгендерность является заболеванием и что таких людей надо изолировать от общества и лечить. Но это в корне неверно. Нельзя допускать таких мнений. Это обычное, простое состояние человека. Такие люди не нуждаются в лечении. Но на каком-то уровне они нуждаются в общественной поддержке. Потому что они подвержены депрессиям, стрессам.

Поэтому таким людям надо помогать только медикаментозным лечением. В первую очередь, трансгендеры нуждаются в морально-психологической поддержке людей из своего ближнего круга. Это значит, что надо избегать насмешек или издевательств над ними. Важно, чтобы в первую очередь родители, братья и сестры, в общем, все родственники принимали их с пониманием, помогали в морально-психологическом плане. Потому что феномен трансгендерности – это самое тяжелое испытание в жизни человека. Не каждый человек в состоянии противостоять ему.

В таких случаях не надо рассматривать эту проблему, как ошибку природы и обвинять мужа или жену. Не следует искать причины этого явления в семье. Неправильно и то, что родители винят себя за то, что ребенок родился таким из-за их ошибки. В то же время нельзя обвинять и самого ребенка-трансгендера. Эта проблема не вытекает из ошибок человека…

В последнее время в социальных сетях в адрес медицинских работников высказываются мнения о том, что они открыто поддерживают трансгендеров под влиянием неправительственных организаций и при финансовой помощи стран Запада.

Главврач Детской психиатрической больницы Ысык-Атинского района в селе Ивановке Гульнара Абдиева, тесно работающая с подростками-трансгендерами, ответила на некоторые вопросы вокруг этой темы:

– Это не проблема, распространяемая при финансовой поддержке. По этому поводу Министерство здравоохранения ведет работу с организацией «Лабрис», объединяющей сообщество трансгендеров. В медицинской науке транссексуальность – это не болезнь. Не надо лечить человека, если у него не наблюдается излишняя обеспокоенность, депрессия или другие симптомы неврологического характера. Независимо от того, с какими недостатками родился человек, Министерство здравоохранения обязано ему помогать. Трансгендеры так же, как и все остальные граждане страны, имеют все права и свободы. Они ничем не отличаются от других людей и имеют право на заботу.

Общество не должно ограничивать их свободу. Нельзя допускать, чтобы на них давили, угнетали, дискриминировали через разные призывы. Наоборот, специалист, оказывающий им поддержку, должен быть осторожным, деликатным. У нас часто бывали случаи, когда трансгендеры обращались к врачам, но они вместо того, чтобы по-особому отнестись к трансгендеру, посчитали их умалишенными или что у них галлюцинации и направляли их к психиатру. Врачи должны быть осторожными и не давать неверное направление психически здоровым людям.

Трансгендерами рождаются редко, и когда такие люди начинают взрослеть, то не хотят принимать свое тело, пол, с которым родились. Они страдают из-за того, что испытывают дискомфорт среди обычныхлюдей. Они стараются не заходить в общественные туалеты.

Ни мы, ни общество не имеем права обвинять или ненавидеть людей за то, что они родились трансгендерами – девочек, которые хотят стать мальчиками или,наоборот, мальчиков, которые хотят стать девочками. Если бог их создал такими, что они могут поделать? Мы бессильны перед Создателем.

В продолжение этого мнения представитель сообщества трансгендеров Темир Кубаталиев рассказал о том, что пришлось пережить ему самому:

– Я детства ненавидел юбки, но мама постоянно заставляла меня их носить. Приходилось надевать их, но только по школьным праздникам, в остальные дни я прятал юбку туда, где никто не мог ее найти, чтобы меня снова не заставили. Один-два раза мама сильно поругала за то, что я лезвием порезал юбку. Каждое утро я открывал глаза и мечтал стать мужчиной. Потому что во сне я всегда радовался тому, что я мужчина, мне всегда хотелось проснуться мужчиной.

Позже я стал сбегать из дома. Встречался с друзьями, начал общаться с трансгендерами, нашел то, что чувствовал с детства. Сейчас мне не так трудно, как раньше. Думаю, в каких случаях помогать тем, кто испытывает то же, что и я. Хочу продолжать проведение разъяснительной работы в обществе.

Я знаю, что большинство совершивших самоубийство столкнулись с такими же трудностями, как у меня, не были поняты своими близкими, не выдержали насмешек и издевательств. Например, один из моих друзей был вынужден совершить самоубийство. Что уж говорить о других, когда он рассказал свою тайну матери, а она специально потом дала изнасиловать свою дочь одному мужчине, после чего она забеременела. Потом друг повесился. А сколько других разрушенных судеб? В обществе нас мало, таких, кто понимает…

(Продолжение следует…)

Материал подготовил Сагынбек Жумашев.

Источник

Поделись публикацией
Share on Facebook
Facebook
Share on Google+
Google+
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on LinkedIn
Linkedin
Share on VK
VK
Share on Tumblr
Tumblr
Pin on Pinterest
Pinterest

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

18 + пять =