«Я рассказал маме в 26, мы плакали». ЛГБТ-пары — о своей жизни, воспитании детей и наболевшем

Июнь — месяц, когда во многих странах проходят прайд-марши и другие мероприятия по продвижению и защите прав ЛГБТ (лесбиянок, геев, бисексуальных и трансгендерных людей).

Именно в конце июня 1969 года в Нью-Йорке началось массовое движение в защиту прав ЛГБТ, после того как посетители гей-бара Стоунволл отказались подчиниться правоохранителям во время очередного полицейского рейда. Немирные протесты продолжались шесть дней, а в годовщину событий по всей стране прошли демонстрации.

С конца 1960-х США, как и многие другие страны, сделали огромный прорыв в достижении равных прав для ЛГБТ-людей. Однополые браки официально разрешены в 29-ти странах на всех обитаемых континентах.

Ирина Яковлева записала истории нескольких ЛГБТ-пар.

«Если ты счастлив, здоров и кто-то заботится о тебе, то это все, что мне нужно»

Американцы Грег и Джоел вместе уже почти 24 года, годовщину начала отношений будут отмечать этой осенью. А поженились они в 2017 году, только три года назад, в Орландо, Флорида. Говорят, хотели иметь повод собрать своих близких, но была и еще одна причина.

«Мы поженились за несколько недель до вступления Трампа в должность президента. Мы не знали, останется ли в силе решение Верховного суда, которое легализовало в Штатах однополые браки», — говорит Джоел.

Когда мужчины познакомились, Джоелу было 33, а Грегу — 18. Похоже, что именно разница в возрасте помогла маме Грега принять его гомосексуальность и отношения с Джоелом.

«Сначала она плохо приняла новость о нас, но Джоел столько раз спасал меня от неприятностей, мама видела его положительное влияние», — делится Грег.

«Каждый гей вам скажет — мама всегда знает, еще до того, как вы ей откроетесь, — убежден Джоел. — Я рассказал своей маме, когда мне было 26. Она плакала, я плакал. В итоге она сказала: «Если ты счастлив, здоров и кто-то заботится о тебе, то это все, что мне нужно».

Джоел рассказывает, как и когда понял, что он гей: «Мне было лет 12, когда я понял, что от меня ожидают, что я буду находить внешне привлекательными одних людей, но на самом деле я находил привлекательными других».

То же самое было и у Грега: «Когда я смотрел фильмы, то понимал, что меня больше тянет к одним героям, чем к другим». «Никто не делает выбор. Ты рождаешься с этим», — говорит Джоел.

Грег и Джоел вместе уже почти 24 года / Фото: Предоставлено героями

«В России опасно быть гомосексуальной семьей»

Сторонники «традиционных ценностей» (они же — ярые противники ЛГБТ) часто считают однополые отношения следствием «пропаганды», «западным явлением». С иронией к такому мнению относится Алла [имя изменено по просьбе героини, — НВ], лесбиянка из Сибири.

«ЛГБТ — это не явление. Мы же не говорим, что левши или люди с голубыми глазами — это явление. […] Ты не выбираешь, это врожденное. Если бы ориентацию можно было выбрать, то люди бы, наверно, этим пользовались, чтобы не подвергаться агрессии и стигме», — рассказывает она.

В отношениях со своей гражданской женой (Алла не любит слова «партнерша» или «партнерка», хотя именно так лесбиянки часто называют свои половинки) она уже 15 лет. Вместе воспитывают трехлетнюю дочь.

«Когда родилась дочь, моя жена сказала своим родственникам, что я буду помогать ей растить ребенка», — объясняет Алла.

Пара предполагает, что их близкие все понимают, но тему однополых отношений с родственниками не заводят. Пока дочка маленькая, вторую маму она называет по имени и считает ее крестной. К тому времени, когда она пойдет в школу, пара надеется уехать из страны.

«В России опасно быть гомосексуальной семьей: могут отнять ребенка, можно потерять работу. Есть целая сеть, которая отслеживает геев и лесбиянок, пишет доносы, угрожает», — говорит Алла.

В 2017 году она побывала на Прайде в украинской столице.

«КиевПрайд — это прекрасно, полиция тебя реально защищает. Но на марше в Киеве много иностранных политиков, дипломатов, там нужно показать лицо. А подобные же демонстрации во Львове, Запорожье, Харькове подвергаются нападкам ультраправых. Но всех не передушите — ЛГБТ будут среди вас всегда. Возможно, ваш друг или коллега — гей или лесбиянка, просто вы об этом не знаете, так как люди боятся раскрыться», — заключает девушка.

«Хочу ли я, чтобы мои дети были гомосексуальны? Нет»

Около года назад из Украины в Нидерланды переехала пара женщин, которые вместе уже 13 лет, воспитывают двоих детей, мальчика и девочку (оба скоро станут подростками). До переезда, рассказывают мамы, дети открыто говорили о своей семье.

«Они знают, что таких семей, как наша, значительно меньше, но воспринимают это как еще один вариант нормы. Среди их друзей есть семьи переселенцев, неполные семьи, многодетные семьи; семьи, где у кого-то из родителей другой цвет кожи и т. д. Мы учим их, что все эти семьи нормальные и не может быть „правильным“ что-то одно. Я считаю, что если дети живут в любви и родители чувствуют себя счастливыми, то и дети в такой семье растут счастливыми. А если дома скандалы, оскорбления, не говоря уже о физическом насилии, и каждый из родителей занят собой и не уделяет времени ребенку, то, мне кажется, это негативно влияет на детей гораздо больше, чем осознание гомосексуальности родителей», — говорит Катерина.

Женщины подчеркивают, что когда дети вырастут, то они поддержат любой их выбор касательно партнеров и отношений. Но гетеросексуальным парам, конечно, проще, —особенно в странах, где о равных правах ЛГБТ заговорили недавно, признается пара.

«Хочу ли я, чтобы мои дети были гомосексуальны? Нет, не хочу. Но не потому, что это плохо само по себе, а потому что в Украине люди нетолерантны и жестоки», — делится Катерина.

Обидные шутки, неприятие, оскорбления, а нередко — прямые угрозы и физическое насилие. С этим каждый день сталкиваются лесбиянки, геи, бисексуальные и трансгендерные люди в Украине.

Катерина (слева) со своей партнершей на КиевПрайде / Фото: Предоставлено героинями

Мониторинговая миссия ООН по правам человека в Украине регулярно документирует случаи нападений и угроз ЛГБТ-людям. Среди последних — нападения на почве трансфобии в Харькове и Житомире. А 19 июня правые радикалы напали на молодых людей с «необычной» внешностью, посчитав их представителями ЛГБТ.

«Это показывает, что ЛГБТ-люди в Украине и те, кто воспринимается частью сообщества, сталкиваются с реальными угрозами», — рассказали в Миссии.

Кроме того, констатируют там, суды так и не вынесли приговоры в делах, связанных с нападениями и угрозами в отношении ЛГБТ, которые произошли в предыдущие годы. Еще одна проблема, которая в последнее время, правда, начала решаться — такие нападения часто квалифицируют как обычное хулиганство, не учитывая, что преступления совершаются на почве ненависти и связаны с гендерной идентичностью жертвы.

Год назад с миссией в Украину впервые приехал независимый эксперт ООН по вопросу защиты от насилия и дискриминации по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности Виктор Мадригал-Борлоз. После ряда встреч в Киеве, Львове и Харькове эксперт сделал вывод, что пагубные стереотипы в отношении ЛГБТ-людей транслируют и должностные лица. То есть люди, которые должны препятствовать дискриминации в обществе, поощряют ее. В своем заявлении по итогам визита в Украину эксперт отметил и тревожную роль церкви в этом вопросе.

«Я также сожалею о той роли, которую сыграли несколько церквей, активно стремящихся воспрепятствовать принятию законодательства, направленного на защиту прав представителей ЛГБТ. Чтобы бороться с дезинформацией и разрушить вредоносные мифы и стереотипы, государству следует незамедлительно провести национальную образовательную кампанию для содействия пониманию и терпимости вместо ненависти и предрассудков», — заявил Мадригал-Борлоз.

Выводы национальных исследований аналогичны международным наблюдениям. В июне 2020 года эксперты украинского Института массовой информации проанализировали более девяти тысяч новостных материалов в СМИ и выявили, что публикации о представителях ЛГБТ-сообщества чаще всего сопровождаются языком вражды и проявлениями дискриминации: 46% от общего количества публикаций с подобными признаками.

Одной из главных проблем в правовом поле остается невозможность оформить отношения для однополых пар. И для них это не просто «штамп в паспорте», а целый ряд реальных ограничений. Даже если две женщины или двое мужчин вместе много лет, воспитывают ребенка и являются самыми близкими друг для друга людьми, они не могут навещать партнера в реанимации, получить опеку над ребенком партнера, если с ним что-то случится; не могут взять совместную ипотеку, вступить в наследство или не свидетельствовать друг против друга в суде. Формально эти люди приходятся друг другу никем.

«Мы ничем не отличаемся и просто хотим быть счастливыми»

Пока что политики в Украине не готовы даже к очень осторожным заявлениям в поддержку ЛГБТ, не говоря уже о законодательных инициативах о легализации партнерства, ведь это чревато потерей электората. Рассуждая о том, как к большему общественному принятию ЛГБТ пришли в США, Джоел и Грег рассказывают, кто может помочь бороться со стигмой и предрассудками, кроме государства.

«Очень важна поддержка знаменитостей. В конце 1990-х — начале 2000-х на экраны вышло много шоу и сериалов, в которых были гомосексуальные персонажи. Важно было помочь увидеть, что эти люди — такие же, как и все остальные», — отмечают мужчины.

К шоу-бизнесу подключились и корпорации. Например, компания, в которой работал Грег, еще до легализации однополых браков в США стала предоставлять сотрудникам возможность оформить страховку и для партнера, уравняв в этом праве гомосексуальные и гетеросексуальные пары.

Продвижение равных прав ЛГБТ происходит во всем мире. Однополые браки разрешены не только в большинстве стран ЕС, США и Канаде — официально зарегистрировать отношения геи и лесбиянки могут в ЮАР, Бразилии, Колумбии, Аргентине, Уругвае, в Новой Зеландии, Австралии и Тайване, всего — в 29-ти странах.

В мае 2020 года однополые браки легализовали в Коста-Рике. Примечательно, что бума гомосексуальности после таких изменений не происходит, тем более, что решению о легализации брака часто предшествует законодательное признание других форм партнерства, которое расширяет для пар спектр доступных им прав и услуг. В целом эксперты сходятся во мнении, что количество ЛГБТ-людей в обществе всегда остается в одних и тех же рамках — до 5−6%. Провести качественные социологические исследования о количестве ЛГБТ-людей очень сложно, особенно в таких странах, как Украина, где «сокрытие идентичности — это залог выживания», как заявлял представитель ООН Мадригал-Борлоз.

«Надеюсь, наступит день, когда люди в Украине смогут быть открытыми и спокойно жить своей жизнью. [Быть] такими, какими они есть. Мы все одинаковые: у нас есть хорошие и плохие дни; мы спорим, на что потратить деньги в нашей семье, любим наших питомцев. У нас точно такие же заботы и разговоры, как и у гетеросексуальных пар. Мы ничем не отличаемся и просто хотим быть счастливыми», — заключил Джоел, который около 10 лет назад приезжал в Одессу по программе медиа-партнерства между американскими и украинскими СМИ.

Источник

Поделись публикацией

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

семнадцать − тринадцать =