Ветеран Виктор Пилипенко: По-настоящему европейцами станем тогда, когда сможем чувствовать чужую боль

У украинского объединения ЛГБТ-военных теперь есть своя айдентика. Недавно ветераны российско-украинской войны, которые открыто заявляют о гомосексуальной ориентации, презентовали свой герб.

На айдентике ЛГБТ-военных на фоне Тризуба изображен серебряно-белый единорог, вырывающийся из пламени, а также две сабли, которые оплетены терном и колючей проволокой. Символы имеют давние и современное наполнение.

О символике ЛГБТ-военных, изменениях в сознании украинцев, личном счастье и лайфхаках, как не терять оптимизма в локдаун – говорим с главой объединения, ветераном российско-украинской войны Виктором Пилипенко (позывной «Француз»).

Расскажи, пожалуйста, как возникла идея создать герб?

Объединение ЛГБТ-ветеранов основали после нескольких каминг-аутов военных, в том числе и моего. Я сделал заявление во время выставки фотохудожника Антона Шебетко «Мы были здесь» в 2018-м. Хотел, чтобы украинцы знали, что геи и лесбиянки участвуют в боевых действиях. То есть, сообщество существует уже долгое время, нужна была своя символика. Подали заявку на финансовую помощь посольства США. Предложили им ряд активностей, одной из них было создание сайта. Также получили бюджет на воплощение айдентики. Эскиз герба разработала художница Настя Левицкая. Провела исследовательскую работу, нашла проекты еще со времен эпохи барокко. Она глубоко погрузилась в геральдистику, привлекла символику других военных подразделений ВСУ – “Холодный яр” 93 бригады, шевроны добровольческих батальонов – “Донбасса”, “Айдара”. Так сделали свой шеврон – свой герб. Изобразить на гербе единорога предложил я. Когда увидел готовый эскиз – даже мурашки побежали по коже. Понял, что создали именно то, что надо.

Почему именно такие символы использовали в гербе? Что они означают?

Единорог является мощным символом ЛГБТ-сообщества, часто апеллируем к нему как к существу редкому, которая живет на радуге. Но мало кто знает, что это животное является давним знаком, известным еще немецкой и британской мифологии. В геральдических книгах единорог – уподоблен отважному солдату, “который скорее готов погибнуть, чем живым попасться в руки врага”. Это символ осторожности, осмотрительности, благоразумия, чистоты и одновременно – строгости. В своей айдентике объединили эти смыслы. Меч на нашем гербе – готовность к защите Отечества, рода и города от врагов. Сабля, которую разрывает колючий терновник – символизирует борьбу за права ЛГБТ комьюнити. Сейчас заказали у ветеранского бизнеса шевроны, также наш герб будет на футболках и сувенирных значках. Это значимое событие. Ведь не в каждой европейской стране есть свое объединение ЛГБТ-военных. Зато украинское общество оказалось более демократичным – смогли не только сделать несколько каминг-аутов, но и объединиться. Теперь также есть своя айдентика. Становимся частью украинского гражданского общества.

Кто сегодня помогает менять отношение к ЛГБТ-сообществу в Украине?

Очень помогает, когда гетеросексуальные военные, ветераны в Украине нас поддерживают. Было супер круто, когда Виталий Дейнега – в то время председатель крупного фонда «Вернись живым» – записал видео в поддержку ЛГБТ-сообщества, равенства прав. Там расшифровал, что речь идет о равенстве прав для всех украинцев. В поддержку также выступила Мария Берлинская, она ведет целые ветеранские проекты. Когда гетеросексуальные военные заступаются за ЛГБТ-военных – меняется мнение в ветеранском обществе и среди украинцев в целом. Если поднять статистику Центра Разумкова – ВСУ имеют самый высокий уровень доверия среди наших сограждан. Сколько бы кто ни говорил, что «люди устали от войны, от ваенной темы», у каждого из нас есть или знакомый, или член семьи, который сейчас проходит службу или уже прошел войну. Каждая украинская семья имеет отношение к армии, и мы прекрасно осознаем, насколько обязаны ВСУ. Поэтому и уровень доверия к военному сообществу высок. Потому, когда военные произносят свою позицию, защищают дискриминированы группы – это нам очень помогает. От политиков пока такого не жду – но надеюсь, что появится тот, кто открыто начнет заступаться за ЛГБТ-права. Круто, когда нас поддерживают публичные лица. Британский музыкант Элтон Джон – он сам гей – не просто поддерживает права ЛГБТ, он также имеет фонд, который помогает целым странам, в которых равенство прав человека еще не достигнуто. Позиция одного человека «решает». Когда обычный человек займет четкую позицию в своем микро-обществе – это будет очень значимо. А что уж говорить о таких лицах как Папа Римский (недавно Понтифик Франциск поддержал право гомосексуалистов на семью «Гомосексуалы имеют право на семью. Они дети божьи», – сказал Папа в документальном фильме «Франческо» – ред.).

Какие права хотите получить в первую очередь?

Первоначально хотим получить право на партнерство, а затем на семью. Таким образом ЛГБТ-сообщество получит для себя, а украинское общество получит для себя – поймет, почему равенство прав человека важно. Поэтому, определенным образом мы занимаемся гуманизацией украинцев. В Украине ЛГБТ-семьи жили еще в советские времена – тайно от общества – пары геев, лесбиянок, часто даже с детьми. Закон не позволяет усыновлять, но это делали. Пары оформляли одиночное отцовство, или воспитывали детей от первых браков. Но юридически эти союзы никак не защищены. Поэтому многие гей-пары мало того, что скрываются, но не могут планировать свою старость. А их ждет одиночество – ведь это будет старость без детей, без поддержки. На самом деле право на семью это залог личного счастья каждого из нас. Скажем, я не полностью счастливый человек, потому что одинок. Было бы круто, если бы я мог себе позволить думать о семье. Хотелось бы быть уверенным, что я могу усыновить детей, чтобы на меня никто не нападал, и никакая служба не забрала их потом.

Ты вырос в семье военных. Как отец воспринял твой каминг-аут? Какие у вас сейчас отношения?

Отец воспринял тяжело. Среди военных были определенные предубеждения, в среде эта тема высмеивалась в гомофобных анекдотах. Поэтому, когда он узнал, это было сложновато для него. Со временем отец меня принял. Сейчас мы даже уже шутим на эти темы – не боимся. Я не боюсь рассказывать о своей деятельности, делюсь с отцом, происходящим в ЛГБТ-мире. Когда во время эфиров на ТВ Дмитрий Корчинский (украинский политик, руководитель украинской партии «Братство», известная своими ультраправыми взглядами) на меня вылил стакан воды, а потом в коридоре ударил в грудь зонтиком – рассказал отцу. Долго смеялись, отец спросил: «Как? Зонтиком? Это же как-то не по-мужски … ». Поэтому мы от удивления и неприятие – пришли с отцом к доверительным отношениям. На днях папа праздновал день рождения – я подарил ему бутылку хорошего виски.

 

В последнее время произошло несколько агрессивных нападений на представителей ЛГБТ-сообщества на Контрактовой. Одного парня, кажется, избили из-за окрашенные волосы, потому что приняли за гея. Кто это делает и зачем?

Это все является продуктом мракобесия, советских мифов и плановых действий людей, которым это выгодно. Украинская молодежь становится все более свободной, происходят сдвиги. Молодые люди уже не те, которые будут прятаться по закоулкам. Если хочется покрасить волосы – они пойдут и покрасяться, не оглядываясь на людей, которым это может не понравиться. Также молодежь все чаще может открыто заявить о своей гомосексуальности. А есть люди ретроградные, с оболваненными мозгами, которых это триггерит. Входят в радикальные структуры, где их используют как титушек. Руководители организаций не имеют творческого, экономического бэкграунда – потому паразитируют на теме ненависти, открыто проявляют гомофобию. Такие «руководители» запугивают людей «гейропой», что мы тут все станем геями и лесбиянками в один день. Скажем, гомофобных взглядов не скрывает «Традиция и порядок» Богдана Ходаковского, группировка Корчинского. Заявляют о патриотическом воспитании молодежи – зато вместо патриотизма, прививают нетерпимость к различным социальным группам. Сегодня это геи и лесбиянки, завтра могут быть ромы, или вообще, скажем, люди с рыжим цветом волос. Видим коллизию – хотим жить в свободной прогрессивной стране, где не надо прятаться, врать, постоянно бояться. А люди – с глазами переполненными страхом – присоединяются к бандам – ​​и нападают на свободных киевлян. Между прочим, можно проследить, как такие группировки часто поддерживают – благодаря титушкам, молодым оболваненным людям – разные политические группы, например господина Медведчука.

Почему ты переехал к родителям за город?

Это связано с карантином. Работал на 2 работах. Офис одной из них – где я был литредактором – закрылся на карантин. Поэтому не мог позволить себе снимать жилье в Киеве – и уехал к родителям в дом прадеда под Киевом. Сейчас живу практически в лесу, до взрыва на ЧАЭС была курортная зона, место, где росли поколения моих предков. Здесь чистая природа, могу заниматься тем, чем бы никогда не занимался в Киеве. Завел хобби керамики. Заказал у мастера гончарный круг, оборудовал свою мастерскую, самостоятельно сделал печь для обжига глины. Керамика полностью забирает негатив, отводит темные мысли. В Киеве не было времени, возможности, к тому же, в столице это очень дорого. Глину беру на реке Тетерев. Это тоже определенная медитативная церемония, когда соединяюсь с природой, беру от нее материал, огнем выжигаю глину – это очень классный медитативный процесс, который приносит удовольствие.

Какие открытия сделал, живя в деревне?

Села, оказывается, в чем-то значительно более прогрессивные – здесь сортировали мусор задолго до того, как это стало трендом. Тоже взял себе за практику – по-другому нельзя. Органика разлагается. Бумагу сжигаю в печи. Отдельно сбрасываю батарейки – здесь есть парень, который их собирает на переработку. Пластик, к сожалению, пока некуда сдавать. Хотя уже слышал, что рядом живет пожилой человек, занимающийся переработкой, ему можно отдавать бутылки. Пока пластик выбрасываем в баки – их поставили недавно с приходом децентрализации. Когда мы стали ОТГ (отдельная территориальная громада) – местная власть позаботилась о мусоре, расставили мусорники по всей деревне, машины исправно вывозят его на Бородянское свалку.

То есть территориальная община – сильная штука? Какие сейчас у вас планы?

Наша территориальная община хочет восстановить курортную зону, которая раньше здесь была. Испокон веков сюда весь Киев ездил за грибами, но с климатическими изменениями и деятельностью лесхоза – гибнут целые грибницы. Возвращение курортной зоны означает запрет выбросов, вредной промышленности, а также – деятельности местных лесхозов, поэтому прекратят вырубку леса – целыми квадратами. Между прочим, благодаря тому, что рядом Зона отчуждения, где природа «берет свое», у нас много животных. Когда-то в лесу заметили семью рысей. Я уже молчу о бобрах – обгрызающих мне ивы. Поэтому сейчас планируем восстановления территории как огромного заповедного парка – с велодорожками, с насаждениями дубов, которые наконец-то никто не будет истреблять. Надо будить сознание местных, потому что люди выбирают советы, депутатов, глав – таких себе «десижн мейкеров» – от них зависит, отнесут ли запрос на восстановление курортной зоны, или вступят в союз с мафиозо, который питается от нелегальной вырубки леса. А децентрализация дает реальную возможность, чтобы местные общины поняли, что им лучше не от деятельности госпредприятий, на которых 10-20 человек работают и которые вырубают все вокруг. А что можно создать рекреационную зону – и из того, что здесь, скажем, живут бобры – местные смогут зарабатывать на туристах.

Как отгоняешь грустные мысли в локдаун?

Очень бы рекомендовал тренажерки. Сейчас их закрыли, потому бегаю по лесу. Это помогает разогнать «чернуху». Пробегаю около 10 километров. Недавно начал изучать 3D-моделирование. Когда погружаюсь в эту тему – меня отвлекает. Не раз слышал от людей, которые прошли войну – а она вносит коррективы, происходит переоценка ценностей – круто найти дело, которое добавляет смысла жизни, делать что-то общественно важное. Лучше помогать таким же, которые ты сам, и заниматься общественной деятельностью. До каминг-аута думал о своем бизнесе, было много депресух, многое не получалось. Когда начал заниматься альтруистической делом, возглавил организацию ЛГБТ-военных – начал получать сообщения, письма благодарности от людей из сел, из маленьких городков. Тогда почувствовал, что не зря живу свою жизнь. Геи, лесбиянки писали, насколько изменилось отношение людей после того, как военные начали делать каминг-ауты. Рекомендовал бы людям, у которых чернуха в жизни, чувствуют себя депрессивно – пойти и помочь котикам, бездомным, вынести горячий суп тому, кто голодает – тогда пройдет ощущение бесполезности всего вокруг.

В настоящее время праздников многие говорили о нецелесообразности использования салютов и петард. Что ты думаешь – как ветеран войны?

Считаю это маркером развитости, эмпатии всего общества. Каждый из нас понимает, что на улице война. Рядом с нами есть не только военные, которые проходили боевые действия и слышали взрывы часто – каждый день, также ВПО – внутренне переселенные люди. У них есть дети, которые также слышали и видели обстрелы, и которым очень тяжело переживаются эти шумы. Считаю, что в тот день, когда каждый украинец осознает, что таких людей следует беречь от лишнего стресса и шока, когда мы откажемся от салютов – тогда будем считаться эмпатической европейской цивилизацией. Сейчас я вижу, как людям совершенно по**иг, наблюдаю нездоровый эгоизм – «Мы хотим праздновать!». Запретить украинцам праздновать никто не вправе, но вместе с этим это показательный маркер зрелости нашего общества – насколько мы способны чувствовать боль сограждан. Пока не вижу этой способности.

Источник

Поделись публикацией
Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

восемь + восемнадцать =