В Украине используют российскую пропаганду для борьбы с ЛГБТ – организатор Марша равенства

Не все, но многие из тех, кто борется с Маршем равенства, борются с собственной гомосексуальностью

18 июня в Киеве состоится Марш равенства, цель которого, по словам организаторов, состоит в том, чтобы доказать, что Украина является страной равных возможностей и свободы.

Накануне события в интервью “Апострофу” один из организаторов марша, координатор Freedom House в Украине, правозащитник и ЛГБТ-активист ЗОРЯН КИСЬ рассказал, почему общество так агрессивно реагирует на марш, почему политики пытаются использовать скандалы вокруг ЛГБТ-сообщества и когда украинцы прекратят критиковать тех, кто отличается от них.

– Приближается Марш равенства, который проводится в последнее время ежегодно. Почему наше общество так болезненно реагирует на это событие?

– Именно для этого мы и проводим этот марш, чтобы мы могли говорить сами за себя, давать правильную информацию, а не давать нашим оппонентам возможность распространять мифы. Странно, что нам противодействуют украинские националисты, но при этом они используют те же тезисы, что и российская пропаганда – гейропа, гомопропаганда, обвиняют нас в попытке установить гей-диктатуру и навязывать обществу наш образ жизни. Но речь идет не о навязывании, а о том, что мы хотим быть собой в этой стране.

У этой проблемы много причин. Нужно время, чтобы общество изменилось, модернизировалось. Положительное отношение к правам ЛГБТ и правам человека – признак не упадка, а прогресса. Те страны, где права ЛГБТ обеспечены, как правило, достаточно развиты, а те страны, где нарушаются права ЛГБТ, чаще всего находятся на обочине прогресса, кроме тех, которые живут на нефтяных месторождениях.

Мы недавно в Freedom House провели исследование и увидели, что в Украине только 5% людей знают лично гея или лесбиянку, а 90% опрошенных убеждены, что в их кругу общения не может быть таких людей, 5% составляют те, кто не определился с ответом. Но это не так, потому что у каждого в Украине есть знакомые, друг, сосед, родственник, коллега из ЛГБТ-сообщества, просто эти люди пока не могут о себе заявлять, не могут быть открытыми. Это главная причина.

– Не считаете ли вы, что такое отношение к людям – советское наследие, когда считалось, что все должны быть одинаковыми, а любые отличия осуждались.

– Да. Абсолютно. Когда я говорил, что существует много причин, то именно то, что большинство украинцев росло в Советском Союзе, имеет большое влияние. Там существовала уголовная статья за мужскую гомосексуальность, которая использовалась против геев, которые мешали режиму – Сергея Параджанова посадили именно по этой статье. В судебном решении отмечалось, что он изнасиловал члена КПСС. Хотя, это не было изнасилование – у него были отношения с членом КПСС.

В СССР существовали такие жесткие стандарты и шаблоны, которым все должны были соответствовать. Если бы Союз не развалился, то все закончилось бы тем, что все ходили бы в униформах. Было бы как в Северной Корее сейчас – стандартный набор причесок. Все шло к этому. Я еще застал немного Советский Союз – пошел в школу в 1989 году. Когда я зашел в класс, то выяснилось, что я очень сильно отличался от своих одноклассников – все они писали правой рукой, а я писал и до сих пор пишу левой. Хотя тогда уже не переучивали писать, но меня травили только за то, что я пишу левой рукой. Это для меня хорошая аналогия, которую я часто использую – природа и причина леворукости науке неизвестны. Я буквально два года назад прочитал статью, а до этого был уверен, что то, какой рукой пишет человек, определяется на генетическом уровне, но оказалось, что неизвестно, откуда это берется, так же, как и гомосексуальность.

– Критическое отношение к ЛГБТ-сообществу свойственно людям старшего возраста, но почему молодежь такая агрессивная по отношению к тем, кто отличается?

– Действительно, есть определенное количество людей, которые агрессивно относятся к ЛГБТ, но их не так много. Просто это небольшое количество радикально настроенной молодежи очень активно, им очень хочется представлять большинство людей в Украине, но это не так. Если мы посмотрим на рейтинг правых партий, то он очень низкий. Например, партия ВО “Свобода”, которая является наиболее системной, не прошла в Раду, не набрала 5%. Другие имеют еще меньший рейтинг.

Молодежи, которая негативно относится, очень мало, но из-за ее активной позиции создается впечатление, что противников очень много. Мы заметили очень поразительную тенденцию: если смотреть на комментарии в социальных сетях, то в 2013 году там был шквал негативных и оскорбительных высказываний, но с каждым годом количество негативных комментариев уменьшается, а количество положительных увеличивается. Это означает, что общественное мнение меняется, а люди, которые нас поддерживают, понимают, что нужно о своей позиции заявлять.

На марше в прошлом году было много гетеросексуальных людей, которые пришли поддержать нас – они не считают нас опасными, не верят в выдумки о том, что после посещения марша можно стать геем или лесбиянкой. Меня поразило, что было несколько семей, которые пришли на марш с детьми. Это было очень смело и показало, что эти люди очень уверены в себе.

– Какой цели, по вашему мнению, добиваются политики, когда раздувают скандалы вокруг ЛГБТ-сообщества?

– Они до сих пор не понимают, что это не влияет на рост политического рейтинга. Это имеет влияние только на небольшую аудиторию, которую они имеют, а большинство сторонников даже может отпугивать. Я думаю, что это используют второсортные и третьесортные политтехнологи, которые смотрят на Россию. Это не тайна, что в Украине до сих пор работает много российских политтехнологов, а наши учатся у россиян в основном потому, что не знают английского. Они думали, что это здесь работает, а, на самом деле, оно тут не работает. Мне нравится такая шутка: если в России кто-то зовет полицию, то все разбегаются, когда она появляется, а когда у нас идет полиция, то все объединяются, как это было на Майдане. Пора забыть об этих технологиях.

– Если бы люди знали больше о Стоунволлском восстании 1968 года в Нью-Йорке, то это бы изменило отношение к Маршам равенства?

– С каждым годом уровень поддержки марша растет, хотя она не такая и высокая – где-то 10-15% людей понимают, за что мы выходим, остальные просто не понимает, что мы хотим сказать. Люди бы понимали больше, если бы знали больше. К сожалению, очень много людей не хотят знать ничего нового, не хотят получать информацию. Большая проблема с источниками информации, которыми люди пользуются, большая проблема с медиаграмотностью. Когда я смотрю видео в Youtube, то через 4-5 видео появляется какой-то бред о всемирном заговоре, масонах и всемирном гейском заговоре. Такого мусора очень много, а адекватной информации об истории прав человека, движений за социальные права и гражданских движений в США очень мало. Если бы такой информации было намного больше, то мы бы быстрее менялись.


Стоунволлское восстаниесерия протестов и столкновений с полицией, произошедших в Нью-Йорке 28 июня 1969 года. В 60-е годы прошлого века в США полиция регулярно проводила рейды по гей-барам. Один из таких визитов в бар Стоунволл-инн в Нью-Йорке спровоцировал конфликт и массовые протесты геев и лесбиянок, которые длились несколько недель. Благодаря этим протестам представителям ЛГБТ-сообщества удалось заявить о себе, сплотиться и организовать правозащитные организации. 28 июня 1970 года состоялись первые гей-парады в память о бунте в Нью-Йорке. Сейчас парады проводятся во многих странах мира и имеют целью напомнить о правах ЛГБТ-сообщества.

– Сколько еще нужно времени, чтобы ситуация улучшилась?

– Я вообще оптимист. Вижу тенденцию, что Украина будет меняться быстрее, чем Европа и США. Сейчас время летит значительно быстрее, медиа очень мощно работают с общественным мнением. Я думаю, что лет через пять в Украине будут, по крайней мере, частично обеспечены права ЛГБТ – будет закон о гражданском партнерстве, который даст мне и моему партнеру базовые права.

– Зачем бороться с Маршем равенства?

– Я не понимаю, зачем это делать. Не все, но многие из тех, кто борется с маршем равенства, борются с собственной гомосексуальностью. Они не могут принять этот факт и так агрессивно реагируют на тех, кто принял этот факт. Это одна из версий. Я не хочу сказать, что все, кто нападает на марш – скрытые геи.

Конечно же, это удобная мишень для агрессии, которой очень много в обществе. Сейчас наша очередь.

Источник

Сподобалось? Знайди хвилинку, щоб підтримати нас на Patreon!
Become a patron at Patreon!
Поділись публікацією