Мой путь на Киевпрайд

В 12 лет я узнала, что любовь и секс бывают не только между мужчиной и женщиной. Сначала не поверила, потом пришлось этот факт принять, но казалось, что такое происходит в параллельной реальности и наши миры никак не пересекаются.

Взрослея, я все чаще слышала, как над человеком издевались и унижали из-за его или ее ориентации или даже одного подозрения в гомосексуальности. У меня не укладывалось в голове, как можно ненавидеть тех, кто не сделал ничего плохого, а просто хочет быть собой. Люди не должны постоянно пребывать в страхе и скрывать свою сущность, рискуя потерять работу, жилье, здоровье и даже жизнь.

В 2006 году я поехала на учебу во Францию и обнаружила, что темы, табуированные в Украине, оказывается, можно свободно обсуждать на телевидении, в университете и в разговорах с друзьями. Еще в 1999-м Франция официально признала гражданское партнерство независимо от пола. До этого не состоящие в браке люди не могли позаботиться о любимом человеке в больнице, или забрать тело партнера после смерти, или получить наследство, потому что официально у них не было таких же прав, как y женатых пар. Я слышала о случаях, когда после смерти матери детей признавали сиротами, потому что партнерка, которая вместе с ней их растила, по закону считалась им никем. Я осознала, что проблема гораздо сложнее, и просто принимать людей такими, какие они есть, недостаточно. Возникло четкое понимание, что в Украине и других странах гражданские однополые партнерства должны быть признаны законодательно, чтобы юридический статус соответствовал реальной ситуации и у гетеросексуальных и гомосексуальных пар были одинаковые права.

Я думала, что толерантна и что этого достаточно. Но я была неправа.

Помню тот день почти 10 лет назад, когда я разговаривала со своим французским другом об усыновлении, утверждая, что родители одного пола — это неестественно. У меня не было сомнений, что ребенку лучше расти в семье, даже если семья неполная. Но вот чтобы две мамы или двое пап усыновляли детей — этого я не могла принять. Друг спросил: «Ты действительно думаешь, что лучше вырасти в детском доме, чем иметь, может, и «необычных», но любящих родителей и полноценную жизнь в семье? Детство, где есть дом, бабушки и дедушки, книжки на ночь, игры с соседскими детьми, семейные каникулы, совместные покупки, вместе приготовленные обеды или ужины и подарки на День рождения?»

Это стало настоящим откровением. Мне нечего было ответить. С тех пор «природность» больше не аргумент для меня. Теперь аргументом является любовь.

Тем не менее брак все еще оставался в моем понимании союзом мужчины и женщины. Я выросла на сказках, где свадьба была счастливым завершением почти каждой истории. Хотя я никогда не была религиозной, брак казался чем-то сакральным. Если гражданский союз дает однополым партнерам фактически все права, которые есть у женатых пар, почему им этого мало? «Это же просто слово! Какая разница, как называется ваш союз, если он защищен законом?» — думала я. А потом я увидела, как плакала Эллен Дедженерес, когда наконец смогла заключить брак с женщиной, которую любит. Эллен — одна из самых популярных ТВ-персоналий в США, ее ток-шоу сохраняет высокие рейтинги с 2003 года, она открытая лесбиянка уже много лет и немало усилий отдала продвижению толерантности и прав ЛГБТ.

Я обожаю Эллен и не могла не порадоваться за нее. Ее история повлияла на меня и заставила сомневаться в моих убеждениях. A когда в 2015 году в США однополые браки были легализованы во всех штатах, интернет наполнился фотографиями искреннего счастья, которые тронули меня до слез.

В это же время в Киеве проходил один из первых Маршей равенства, и, пока в Штатах разрабатывали закон о равенстве брака для всех, в Украине избивали и калечили людей, вышедших на мирную акцию за право быть собой.

«Последней каплей» стал фильм Pride (2014). Картина Мэтью Уарчусa получила премию британского независимого кино за лучший британский независимый фильм и Queer Palm Каннского кинофестиваля. Фильм основан на реальных событиях и рассказывает о том, как в середине 80-х ЛГБТ-активисты в Британии поддержали бастующих шахтеров. Две группы людей, между которыми, казалось, нет ничего общего, научились узнавать и принимать друг друга. Так из жеста солидарности зародилась дружба, в которую никто не мог поверить. Этот фильм задел меня до глубины души — столько в нем доброты, тепла и солидарности. Я уже давно не соглашалась с гомофобными комментариями, приводила примеры и аргументы, пытаясь повлиять на мнение людей. Но с этого момента поняла, что больше не смогу сидеть дома, когда ЛГБТ-активисты и остальные участники выйдут на марш за свои права. Теперь я буду вместе с ними.

10 лет назад я не верила в однополые браки и не думала, что буду выходить на марши. Знала ли я, что в моих глазах будут слезы радости каждый раз, когда очередная страна принимает закон в поддержку однополых браков? Могла ли я представить, что в 2018-м буду работать в проекте, направленном на развитие толерантности к ЛГБТ-сообществу? Конечно нет! Но для меня это лишь доказательство того, что изменения возможны. Сначала в нас самих, а потом и в нашей стране.

За годы, которые понадобились мне, чтобы пройти этот путь, в мире многое изменилось. Браки для однополых пар стали легальны не только в США: на сегодняшний день 26 стран признают равенство брака для всех людей, независимо от сексуальной ориентации. В 2013 году к ним присоединилась и Франция. В 28 странах однополые пары имеют возможность оформить партнерство, и даже Украина в рамках Национальной стратегии по правам человека взяла на себя обязательства подготовить проект закона о гражданском партнерстве до конца 2017 года.

K сожалению, этого не произошло до сих пор. В Европе и Америке уже привыкают к политикам на прайдах и трансгендерным людям в парламенте. В Украине же каждый месяц происходят нападения на мероприятия, посвященные правам ЛГБТ. Но прогресс есть — дискриминация по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности с недавних пор запрещена Трудовым кодексом, каждый год все больше людей присоединяются к Маршу равенства, а политики и известные личности начинают открыто высказываться в поддержку ЛГБТ. Если мы хотим быть цивилизованной европейской страной, у нас нет другого пути. Я верю, что однажды мы будем жить в Украине, где каждый сможет быть собой, любить, жить без страха и быть счастливым.

Liliya Faskhutdinova

Источник

Поделись публикацией
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on LinkedIn
Linkedin
Share on VK
VK
Share on Tumblr
Tumblr
Pin on Pinterest
Pinterest

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

одиннадцать − семь =