Детские суициды, ЛГБТ-подростки и буллинг в школе: почему нужно посмотреть сериал “Перші ластівки”

Новый украинский сериал «Перші ластівки», вышедший на экраны в ноябре 2019 года, всколыхнул Украину и уже стал известен за ее пределами. Сериал, который сами создатели называют молодежным триллером, показывает серьезные и страшные вещи, происходящие среди подростков: суициды, буллинг, наркотики, сложные отношения с родителями. Поднимается и тема гомосексуальности среди подростков.

В первой серии, которую только на YouTube посмотрели больше двух миллионов человек, показано, как праздничный день 1 сентября закончился для учеников 11 класса трагедией — их одноклассница совершила суицид. Девочка, которая хорошо училась и собиралась стать актрисой, прыгнула с крыши. Следователь полиции начинает расследование, в ходе которого раскрывается немало тайн учеников и их родителей.

Сериал шокирует жестокими сценами и неожиданными поворотами событий. И своей реалистичностью. Автор идеи, сценарист и продюсер проекта Евгений Туник говорит, что в основе «Перших ластівок» лежат реальные истории. Работая над проектом, Евгений сам ездил по школам, общался с подростками, вспоминал истории из прошлого — своего и своих знакомых. Кроме того, создатели сериала сотрудничали с правозащитной организацией «Ла Страда -Украина», телефон горячей линии которой появлялся в титрах после каждой серии. По словам Евгения, само название «Перші ластівки» это своего рода олицетворение первых признаков того, что ребенок склонен к суициду.

Директор департамента Национальных «горячих» линий и социальной помощи Общественной организации «Ла Страда-Украина» Алена Кривуляк рассказала «ФАКТАМ», что в первую же ночь после выхода сериала в эфире «Нового канала», их телефон не умолкал. Звонили сотни подростков. Все рассказывали о своих проблемах, а кто-то признавался, что уже готов совершить суицид. За две недели психологи Национальной детской «горячей» линии получили более трех тысяч звонков и сообщений — это почти в шесть раз больше, чем обычно. Звонили и родители.

— Помню, как позвонила одна женщина — как оказалось, мать троих детей, — рассказывает Алена Кривуляк. — Она воспитывает их одна, работает на двух работах и у нее часто не хватает времени на то, чтобы поговорить с детьми. Она была очень взволнована. Сказала, что посмотрела две серии «Перших ластівок» и долго плакала. Говорит, ее буквально парализовал страх, что она может потерять кого-то из своих детей, не заметив те самые «первые ласточки». Мы с ней говорили почти час. Обсуждали, как найти время на ребенка, как говорить с ним, в том числе и на «страшные» и «неприемлемые для общества» темы, как показывать свою любовь. Женщина сказала: «После сериала я совсем по-другому посмотрела на своих детей, все переоценила. Я хочу их поддерживать и всегда быть рядом».

— Вам знакомы истории, которые лежат в основе сериала?

— Конечно. Еще на этапе создания сериала мы работали непосредственно со сценаристом и главным режиссером Евгением Туником. Он, кстати, сам вышел на нашу организацию. Ни одна из историй, показанных в сериале, не придумана, они взяты из обращений на нашу Национальную детскую «горячую» линию.

— Даже история Полины, которая в первой серии совершила суицид?

— Да. Только в реальной жизни такой суицид совершил мальчик, отец которого сам к нам обратился.

 В сериале мать Полины мечтает, чтобы ее дочь стала актрисой. Она требует, чтобы девочка все время ходила на кастинги, ругает ее за каждый лишний килограмм и при этом по последнего уверена, что в отношениях с дочкой у нее все в порядке. А Полина совершает суицид…

 На самом деле это как раз типичная ситуация: когда родители думают, что в отношениях с детьми у них все хорошо, а у ребенка нет человека, которому он мог бы полностью довериться. Подросток может покончить с собой из-за непринятия его одноклассниками, буллинга, несчастной любви. Причин может быть много. Но чаще всего ему еще и некому об этом рассказать. Если у ребенка действительно есть мысли о суициде, скорее всего, в отношениях с родителями не все так хорошо. Часто родители сами ведут себя так, что ребенок не может им открыться. Например, подросток — гей. А его отец все время подчеркивает, что презирает таких, что вообще не считает их людьми. Такая ситуация, кстати, тоже показана в сериале. Сейчас мы едва ли не каждый день общаемся с 17-летним парнем из Крыма, который написал нам после выхода «Перших ластівок». Он рассказал, что относится к ЛГБТ-подросткам, и у него очень сложные отношения с отцом — крымским татарином, который категорически не воспринимает подобные вещи. Парень боится рассказать отцу о своей ориентации. Из-за этого отчуждение, постоянные конфликты. К счастью, с мамой отношения более доверительные. Но у этого подростка уже есть глубокая психологическая травма. Он часто пишет нам в критические моменты, после очередного конфликта с отцом. Мы подолгу переписываемся, вместе находим выход из разных ситуаций. И уже сейчас есть прогресс. У него появилось больше друзей, он еще больше доверился маме.

Отцу пока не открылся. В некоторых случаях мы этого подросткам и не советуем. Если есть высокий риск физического или психологического насилия, не стоит этого делать — ради своей же безопасности. Но мы помогаем подростку справиться с ситуацией иначе.

— Именно из-за темы ЛГБТ сериал получил много критики. После сцен с поцелуями мальчиков-подростков многие обвинили создателей «Перших ластівок» в “пропаганде гомосексуализма”.

— Меня удивляют такие комментарии. Неужели кто-то серьезно думает, что, если подросток увидит, как на экране целуются два парня, он станет геем? Еще ни в одной стране не было такого случая. Думаю, как раз стоило рассказать людям, что у нас есть непринятие ЛГБТ, что такие подростки боятся об этом сказать, потому что социум их заклюет. Каждое десятое обращение на нашу Национальную детскую «горячую» линию — это обращение от ЛГБТ-подростков. Такие дети есть, и их много. Кстати, некоторым из таких подростков помог именно сериал. Совсем недавно общалась с 15-летним мальчиком, который не знал, как его мама относится к геям и боялся сказать ей, что он такой. «Боюсь, что я ее разочарую», — говорил. Мы посоветовали ему посмотреть «Перші ластівки» вместе с мамой. Он так и сделал. А потом позвонил: «Мы посмотрели. Мама сказала, что кем бы я ни был, она все равно всегда будет меня любить». Он был счастлив.

Часто подростки сталкиваются с непониманием и когда рассказывают родителям о буллинге. Родители могут сказать что-то вроде: «Разберись с этой ситуацией сам». Ребенок замыкается и ищет, кому выговориться. А это запросто могут быть «друзья» из суицидальных интернет-сообществ. Подростки, с которыми мы общаемся, признаются: их только раздражает, когда родитель говорит — дескать, ничего страшного, это подростковый возраст, все пройдет. Они хотят конкретных советов. А еще хотят слышать от родителей, казалось бы, такое простое «Я тебя люблю». Каждый второй ребенок, позвонивший нам после выхода «Перших ластівок», говорил, что ему этого не хватает. И некоторые уже были готовы к суициду. Звонки также показывают, насколько распространен среди подростков «селфхарм”(self-harm, самоповреждение) — когда дети сами себе причиняют вред. Это могут быть порезы, ожоги, проколы тела и так далее. Каждое третье обращение на горячую линию касается именно «селфхарма». Чаще всего этому есть целый ряд объяснений. У подростка могут быть проблемы в семье, в школе, он не может найти свое место в жизни. Сейчас я общаюсь с подростком, который наносит себе повреждения уже три года. Он прислал мне фотографии своих рук… Это страшно.

— Он делает это для того, чтобы привлечь к себе внимание?

— Нет. Дети признаются, что делают это для того, чтобы физической болью на время заглушить боль душевную. Некоторые таким способом пытаются бороться с паническими атаками. А родители часто настолько отдалены от своего ребенка, что даже этого не замечают.

— Но в таких случаях вряд ли могут помочь только советы по телефону…

— Чаще всего нужна помощь врачей. И, кстати, дети, которые нам об этом рассказывают, зачастую не против обратиться к специалисту. Они понимают, что это проблема. Но не решаются попросить помощи родителей, потому что те либо шарахаются от них и называют психами, либо отмахиваются банальной фразой, что «все пройдет». Здесь очень важно, чтобы родители не осуждали, а помогали.

— В сериале показаны сцены домашнего насилия. К сожалению, такого действительно много: когда родители пьют или когда отец бьет мать, и это происходит на глазах у ребенка. Что можно сделать, когда подросток с такой проблемой звонит на горячую линию?

 Тут нужно искать выходы на взрослых, так как решить проблему могут только они. Конечно, первоочередное для нас — это безопасность ребенка, поэтому сначала мы советуем подростку побыть какое-то время у родственников или друзей, которым он может доверять и которые хотя бы могут вызвать полицию. Потом советуем поговорить со взрослыми. Например, с мамой, которую бьет отец. Дать ей телефон нашей Национальной «горячей» линии по предупреждению домашнего насилия. И, кстати, после выхода «Перших ластівок» на эту «горячую» линию поступило уже пять обращений от женщин, номер телефона которым дали ранее обратившиеся к нам их дети.

— Дети звонят и пишут анонимно?

 Да. Горячая линия работает так, что мы даже не видим номера телефона, с которого звонит человек. Дальше все зависит от того, сможем ли мы установить доверительные отношения с ребенком, чтобы он не пропал. Практика показывает, что у нас это получается — 90 процентов тех, кто позвонил после выхода сериала, по сей день держат с нами связь. Когда шли «Перші ластівки», наша горячая линия работала круглосуточно. За то время, пока показывали эти восемь серий, мы получили столько же обращений, сколько за первые шесть месяцев 2019 года. Сейчас Национальная детская «горячая» линия работает в будние дни с 12.00 до 16.00. Телефон 0 800 500 225. А на наш Instagram @childhotline_ua можно писать в любое время суток.

Источник

Поделись публикацией
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on LinkedIn
Linkedin
Share on VK
VK
Share on Tumblr
Tumblr
Pin on Pinterest
Pinterest