«День видимости хорош тем, что можно заявить о себе». Интервью с трансгендерной девушкой Викторией Оркхидэе

Ко Дню видимости трансгендерных людей репортер НВ Саша Горчинская поговорила с транс-женщиной Викторией из Киева о том, как это — быть видимым, и почему все понимают понятие это по-своему.

Виктория Оркхидэе — трансгендерная девушка и травести-дива из Киева. Сценический псевдоним — AquaLatex. Под этим именем Виктория пишет музыку, выступает на сцене и снимает собственные клипы.

Ко Дню видимости трансгендерных людей, который отмечают в мире ежегодно 31 марта, Виктория рассказывает НВ свою историю и рассуждает о том, как изменилось отношение общества к ЛГБТ в Украине за последние годы.

О себе

Меня зовут Виктория, мне 23 года, я родилась в Херсоне. Потом на некоторе время приехала в Киев, потом в Краков, Берлин, затем снова вернулась в Киев. Сейчас тут и живу.

Многие истории трансгендерных людей начинаются очень похоже. Мол, в детстве, хоть и была биологически мальчиком, переодевалась в девочку, играла в куклы и так далее. У меня же такого не было. Я себя до 12-ти лет вообще толком не помню.

Виктория занимается музыкальной деятельностью: пишет музыку, выступает на сцене и снимает клипы / Фото: Наталья Кравчук, НВ

С 12-ти лет у меня начались некоторые поиски себя. Где-то с 15-ти стала думать на тему того, как хочу выглядеть, как хочу ощущать себя. Мне было все равно, как это называется. И вот лет в 20 мне пришло осознание, кем я все-таки являюсь и как это все называется.

Как отреагировало мое окружение? Если говорить о просто знакомых, то тут реакция была более бурной, некоторые говорили, мол, может, стоит быть такой только на сцене, а в жизни оставаться мальчиком. А вот близкий круг, родители, например, отреагировали, в целом, нормально. Да, бабушка и дедушка путают иногда, как меня называть, но им простительно — они в возрасте уже.

На данный момент я нахожусь на этапе смены документов и для меня все это сложно — начинается бюрократия, мол, возьмите справку там, а еще там. Сейчас я прохожу экспертизу у психиатра — это одна из обязательных процедур на этом пути. Моя цель — это изменить пол юридически, и немного подкорректировать внешность. Дальше — посмотрим. Также я пью гормоны, которые поддерживают мое состояние.

С 12-ти лет мне поставили диагноз — депрессия, потом к этому прибавились биполярное расстройство и диссоциативное расстройство личности. Так что я принимаю еще и медикаменты от этого всего. Как это сказывается на моем состоянии? Скажем, обычный человек пережил какую-то неприятную ситуацию, один вечер поплакал из-за этого, а потом забыл и живет дальше. Меня же неприятные ситуации подталкивают в эту депрессивную яму, в которой могу потом находиться месяцами.

Что касается ориентации — у меня в жизни были только мужчины, но я бы сказала, что позиционирую себя как пансексуалка. Хотя, возможно, я движусь к какой-то асексуальности, потому что в последнее время не очень стремлюсь заводить серьезные отношения с кем-то. Могу пофлиртовать, да.

О сценической деятельности

Я закончила музыкальную школу по классу скрипка и виолончель. Но потом на это забила и не продолжала этим заниматься. По образованию я — дизайнер одежды, и в какой-то момент столкнулась с тем, что мне для показов нужно было где-то брать музыку. Или писать ее самой. Так я возродила свою музыкальную деятельность и стала писать музыку самостоятельно. Я не могу описать жанр, в котором работаю — его нет. Это что-то свое, но людям неожиданно даже понравилось. Сейчас меня многие поддерживают. Например, Анна Корсун, вокалистка группы MARUV однажды запостила у себя мой клип, мы с ней давно общаемся.

Сейчас я живу за счет своего творчества и сценической деятельности. Веду прямые эфиры, участвую в съемках, пишу музыку на заказ, провожу мероприятия, просто прихожу куда-то, как гостья — сейчас это иногда тоже оплачивается. Также занимаюсь не только собой, а и помогаю другим как саунд-продюсер.

Меня очень часто приглашают на вечеринки для широкой аудитории, где никак не упоминается, что там будет кто-то из числа ЛГБТ. Это могут быть стилизованные вечеринки — например, по мотивам сериала Pose [американский сериал о жизни травести и ЛГБТ-сообщества в Нью-Йорке, где главные роли исполняют трансгендерные актрисы — ред]. Меня туда приглашали как травести-диву, чтобы вести мероприятие. Или какие-то техно-вечеринки. То есть, как, своего рода, арт-объект я могу появиться везде и мне нравится, что люди — даже те, которые мало что знают об ЛГБТ и не сильно разбираются в нюансах, относятся к этому без негатива. Иногда после концерта они подходят и говорят, что им очень понравилось мое выступление.

О видимости трансгендерных людей

Я не отрицаю того, что у меня есть мужская личность, которая время от времени «просыпается», но я это подавляю — мне это неприятно. Однако я не очень понимаю, почему трансгендерные люди часто скрывают свое прошлое и не хотят об этом говорить. Конечно, иногда причиной может быть какой-то травматичный опыт, который не всегда хочется вспоминать. Но так — не у всех. По моему мнению, День видимости трансгендерных людей как раз тем и хорош, что можно заявить о себе. О том, что я — это как бы не совсем я.

Многие трансгендерные женщины стараются выглядеть максимально феминно, так, чтобы со стороны нельзя было заметить, что они — трансгендерные женщины. Как будто боятся, что кто-нибудь что-то заподозрит. Я же ничего не скрываю: прекрасно понимаю, что никогда не буду полноценной женщиной, никогда не рожу детей, например. Так зачем мне прятать свое «я» и ограничивать себя?

Да, у меня есть сложности в связи с моей внешностью. Например, когда дело доходит до устройства на работу. Могу подать резюме, какое-то предварительное собеседование, а когда подаю документы — оп, все.

Виктория говорит, что ее цель – изменить пол юридически и немного подкорректировать внешность / Фото: Наталья Кравчук, НВ

Однажды у меня был инцидент с одним из телеканалов. Я пришла на ток-шоу как группа поддержки для своей подружки. Журналисты поинтересовались, как меня подписать. Я сказала, что можно подписать Виктория, или же — АquaLatex. А потом, когда нужно было подписать документ [имеется в виду согласие на съемку и использование видеоматериала на ТВ — ред.], я дала сотрудникам канала свой паспорт. Они увидели мое настоящее имя. В итоге, подписали меня тремя именами: Виктория, АquaLatex и мое мужское имя из паспорта.

Но далеко не всех волнует, как их подпишут на телевидении или в прессе. Например, если это просто артист травести-жанра, для которого такая деятельность — это просто работа, и он этого не скрывает. Если его подпишут реальным именем — ну и что, он просто отработал выступление, потом снял «маску», вышел из образа и пошел домой.

О стереотипах и мифах

Нередко сталкиваюсь с тем, что люди — врут. Возьмем какую-то условную трансгендерную женщину, назовем ее, скажем, Алеся. И вот, у Алеси — шикарная грудь, она твердит, что уже сделала операцию «внизу» [имеется ввиду операция на гениталиях], у нее шикарные волосы. И другие трансгендерные женщины на нее смотрят и думают: «Да что ж такое, почему Алеся — красотка, а я — как чучело?». Так формируется некая картинка, восприятие. Но часто эта картинка — ложная.

Если бы эта условная Алеся говорила, что ее волосы — это хороший, очень дорогой парик, накладки или она их нарастила, что грудь, может, немного и выросла, но, в остальном, это просто бюстгальтер пушап или накладки. Что она не делала операцию, а просто носит утягивающее белье, в котором ничего не видно — все было бы по-другому. Другим было бы легче. А так — это просто экранная картинка.

Вот, например, у меня нет груди. И ничего, я хожу так. Да, могу использовать какие-то подкладки, но это, в основном, когда такой образ — часть сценического имиджа, или когда мне хочется так сделать. Но при этом всегда честно признаюсь, что это — поролон. А так — не люблю, когда люди врут.

Об отношении общества к ЛГБТ

Среди, скажем так, «обычных» людей отношение к ЛГБТ, по моим наблюдениям, уже изменилось в лучшую сторону. Бывает, что ко мне подходят люди и интересуются моим внешним видом, я нормально отвечаю. Агрессии, как правило, нет.

В то же время, в самой среде ЛГБТ люди часто настроены по отношению друг к другу не очень дружественно. Иногда начинают упрекать друг друга, мол, ты выглядишь как-то не так, как «нужно». Среди геев, к примеру, тоже есть вечные споры на предмет того, должен ли парень краситься или нет, должен ли выглядеть маскулинно, как «настоящий мужчина», или, может, ему «разрешено» выглядеть и женственно тоже.

Из-за того, что мое видение некоторых моментов иногда расходится с видением других людей, я не веду активную общественную деятельность в плане защиты прав ЛГБТ. У меня есть разногласия с некоторыми организациями, и когда кто-то из них делает свои мероприятия, меня не зовет.

Единственное, чем на данный момент занимаюсь как активистка — это немного помогаю ГО Когорта [исполнительная директорка ГО Когорта — трансгендерная женщина Анастасия Домани -ред.]. Еще могу выступать с какими-то инициативами сама по себе. Например, я как-то записала видео с посылом о том, что не важно, как ты выглядишь, какой или какая ты внешне, главное — быть человеком.

Источник

Поделись публикацией
Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

2 × четыре =