Право на себя: Как в разных странах борются с трансфобией

ТРАНСФОБИЯ — ЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ КСЕНОФОБИИ, который важно уметь распознавать и с которым нужно бороться. Жизненные трудности трансгендерных людей так или иначе связаны с отстаиванием права на личную неприкосновенность — как телесную, так и психологическую

Преступление как последняя капля

В 1991-м году Испанию потрясла дикая по своей жестокости история: 6 октября в Барселоне неонацисты до смерти избили Соню Рескальво — трансгендерную женщину, вынужденную жить на улице и заниматься секс-работой. Компания из шести подростков, возвращаясь с вечеринки, забрела в парк, где Соня и её подруга Дорис ночевали. Обнаружив женщин, подростки принялись бить их ногами — да так сильно, что когда тело Сони потом обнаружили полицейские, её кожа выглядела тёмной из-за синяков. Дорис чудом удалось выжить.

Двадцать семь лет назад трансгендерность в Испании всё ещё была приговором: люди, чья гендерная идентичность не совпадала с биологическим полом, были невидимы для закона и часто оказывались на окраине жизни. Пресса, описывая убийство Сони, не проявила никакого уважения к жертве, называя её «мужчиной по имени Хосе» и «трансвеститом-гомосексуалистом». В 1994-м году испанский суд назначил убийцам 310 лет тюрьмы на всех, но потом Верховный суд скостил срок вдвое.

Убийство Сони Рескальво — лишь строчка в списке жертв трансфобии, которым в Википедии посвящена отдельная страница. Но её смерть стала предвестником перемен: в 1991-м году в Каталонии (первой из семнадцати автономных областей Испании) появилась прокуратура, которая занимается преступлениями на почве ненависти, в том числе сексизма, расизма или гомофобии. И дело не только в том, что через год Барселона должна была принимать Олимпийские игры, а слава «города нетерпимости» — совсем не то, что нужно олимпийской столице. Борьба с ксенофобией стала государственной политикой на годы вперёд. В 2011-м году недалеко от места зверского убийства появился памятник жертвам гомо-, би- и трансфобии: каменный треугольник с розовыми гранями открывал мэр Барселоны Жорди Ереу. В своём выступлении он подчеркнул, что его город намерен возглавить борьбу за равные права для всех — вне зависимости от ориентации и гендера. 

Трансгендерность — не болезнь

Трансгендерность долго считали болезнью, которую надо лечить, — такой позиции придерживалась официальная медицина во главе с ВОЗ; гендерную дисфорию классифицировали как недуг и относили к разделу «Психические заболевания» (напомним, что гомосексуальность ВОЗ признала «вариантом нормы» в 1990-м году). В 2018-м году вышла МКБ в одиннадцатом пересмотре, где трансгендерность болезнью больше не считается — теперь для её описания применяют термин «conditions related to sexual health» («состояния, связанные с сексуальным здоровьем»). В предыдущей версии трансгендерность была отнесена к блоку F64 «Расстройства половой идентификации», а в МКБ-11 он переименован в «Гендерное несоответствие» (Gender Incongruence).

«Мы убрали трансгендерность из списка психических заболеваний, потому что поняли: это не болезнь. Оставлять её в этом списке — значит способствовать стигматизации. Чтобы избежать этого, а также упростить доступ к медицинским процедурам, мы решили перенести её в другой раздел», — заявила доктор Лале Сэй, которая занимается проблемами подростков и групп риска. Транссообщество приняло перемены позитивно — даже несмотря на то, что полностью МКБ-11 будет представлена на утверждение ассамблеи в мае 2019-го года, а в силу вступит только в 2022-м.

Хирургические операции — не обязанность

Хотя МКБ-11, по сути, приравнивает трансгендерность и гендерную дисфорию, для удобства их можно разграничить следующим образом: трансгендерность — это состояние, в то время как дисфория — это острый дискомфорт, которое оно вызывает. Чтобы привести в гармонию своё психологическое и физиологическое состояние, многие совершают трансгендерный переход, который может включать в себя, например, гормонозаместительную терапию и корректирующие хирургические вмешательства — в том числе операции на молочных железах или гениталиях. Во многих странах именно эти вмешательства необходимы, чтобы получить возможность сменить документы. К сожалению, такой подход в разы усложняет социальный переход, хотя именно он, а не изменение внешнего вида гениталий сопряжён с принятием человека окружающими в новом статусе. К тому же операции такого толка травмоопасны и дорогостоящи, а хирурги, способные на подобные вмешательства, есть далеко не везде.

Решение этой проблемы на удивление просто — предоставить человеку возможность самостоятельно решать, что будет указано в графе «Пол» в документах, не требуя «минимального объёма» вмешательств. Переход и так сопряжён со стрессом: чтобы начать жизнь в своём гендере, необходимо совершить каминг-аут перед родителями, друзьями, партнёром или коллегами. Сравните: принуждение к хирургическому вмешательству запрещено во всех цивилизованных странах мира — и тем не менее оно всё ещё остаётся необходимой мерой в бюрократических вопросах гендерной идентичности.

Некоторые уже поняли всю абсурдность таких жёстких требований. В той же Испании с 2007-го года хирургическая коррекция уже не требуется для смены пола в документах. Такая практика существует и в других странах Европы: в Германии запрет менять паспортный пол без операции признали неконституционным в 2011-м году, в Ирландии — в 2015-м, Греция подобный закон приняла в 2017-м году. Сложная ситуация в США: некоторые штаты (среди них Калифорния, Невада, Юта) для замены документов не требуют справок об операции. Несколько штатов (Флорида, Алабама, Миссисипи) требуют хирургической коррекции, в то время как ещё три штата — Канзас, Теннесси и Огайо — не меняют документы в принципе. Наконец, в России принуждения к хирургическому вмешательству для трансгендерных людей уже нет — а вот психиатрическая экспертиза, заключение которой и позволяет изменить пол, указанный в документах, обязательна.

«Третий пол» и гендерный плюрализм

Ещё один метод — ввести опцию «третьего» пола в документах, которая избавит от необходимости выбирать между мужской и женской идентичностью. «Третий» в этом случае значит не третий из трёх возможных, а попросту иной. Человек может выбрать пол Х по разным причинам, например из-за несовпадения биологии с типичным набором «мужских» или «женских» признаков (как у интерсекс-людей) или из-за того, что он не чувствует себя вписывающимся в бинарную гендерную систему.

Сегодня «третий» пол закреплён юридически не только в Индии, Таиланде или Пакистане. В 2014-м году существование людей, чьё самоощущение не укладывается в бинарную систему, признали в Австралии. Такое решение было принято из-за иска агендерной персоны Норри Мэй Элби. В 2017-м году аналогичное решение приняли Германия и Канада. «Любой канадец должен иметь возможность быть тем, кем он есть, жить согласно гендерной идентичности и выражать свой гендер по собственному желанию. Вводя пол Х в государственных документах, мы делаем важный шаг к достижению равенства для всех канадцев, независимо от их гендера или его выражения», — заявил министр по делам иммиграции, беженцев и гражданства Канады Ахмед Хуссен.

Шаги на пути к принятию гендерного разнообразия делают не только государственные структуры, но и частные организации. Пионером стал Facebook: ещё в 2014-м году, накануне 14 февраля, пользователи получили возможность выбрать идентичность более чем из пятидесяти вариантов в зависимости от страны. Помимо традиционных «мужчина» и «женщина» появились опции «гендерквир», «агендер» и многие другие.

Работа над законами и создание прецедентов

Защита прав трансгендерных людей — тема с точки зрения закона новая, и подходить к ней стоит деликатно: многие бытовые вопросы, не представляющие проблемы для цисгендерных граждан, для трансперсон могут быть болезненны. Например, посещение туалетов в общественных местах: в феврале 2017-го года администрация новоизбранного президента США Дональда Трампа свела на нет достижение его предшественника Барака Обамы и отменила право выбора общественного туалета в соответствии с собственной идентичностью. Причина — потворство «традиционным ценностям». «Наши дочери не должны быть вынуждены делить приватные, интимные помещения с одноклассниками мужского пола, даже если эти молодые люди испытывают затруднения в этой сфере, — приводит BBC слова Вики Уилсон, члена организации «Учащиеся и родители за приватность». — Это нарушает их право на частную жизнь и их достоинство».

Для защиты прав трансгендерных людей необходимы запреты на дискриминацию в вопросах медицины, образования и трудоустройства. В Германии антидискриминационный закон вышел в 2006-м году, а в некоторых регионах страны — в Берлине, Бранденбурге или на территории всей федеральной земли Тюрингии — под запретом публичная демонстрация ненависти на почве сексуальной ориентации или гендерной идентичности. Аналогичные запреты действуют в Испании, Австралии и Великобритании. Особое значение имеет появление прецедентов — как, например, история Норри Мэй Элби выше. Такие дела становятся локомотивом прогресса, поскольку именно по их следам и появляются прогрессивные либеральные законы.

Источник

Поделись публикацией
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on LinkedIn
Linkedin
Share on VK
VK
Share on Tumblr
Tumblr
Pin on Pinterest
Pinterest