Комментарий: Почему Восточная Европа стала гомофобной?

Где кроются истоки нетерпимости к гомосексуалам в Восточной Европе? Ведь в вопросах сексуальной ориентации этот регион когда-то был гораздо терпимее Западной Европы, пишет Норберт Маппес-Нидик.

Депутаты Европарламента большинством голосов 11 марта приняли декларацию, объявляющую Евросоюз “зоной свободы ЛГБТИ”. Решение стало реакцией на нарушение прав представителей сексуальных меньшинств в Польше, где в 2019-2020 годах местные власти объявили ряд регионов “зонами, свободными от идеологии ЛГБТИ”, но также и в других восточноевропейских странах. Писатель и журналист Норберт Маппес-Нидик (Norbert Mappes-Niediek) рассуждает о причинах гомофобии в этом регионе:

“В коммунистические времена гомосексуальность называли бы “пережитком капитализма”. После падения коммунистических режимов отношение к гомосексуалам стало одной из первых линий разлома между Востоком и Западом. С 1989-90 годов националистические политики в Восточной Европе, обычно противопоставляющие “толерантность” жителей своих стран “чванливости” и “миссионерству” Запада, начали насаждать агрессивную нетерпимость к лесбиянкам и геям.

Нетерпимость и гомофобия – не восточноевропейская особенность

“Будь нетерпимым, будь нормальным!”, – гласила надпись на одном из плакатов ультраправой партии в Болгарии. Далеко не все гомофобы выразились бы с такой беспощадной жесткостью. Кому захочется слыть  нетерпимым? Но партия уловила самую суть проблемы.

Норберт Маппес-Нидик

При всем при этом нетерпимость – и уж тем более, гомофобия – никоим образом не являются восточноевропейской особенностью. Напротив, в плане сексуальной ориентации в Восточной Европе долгое время царила гораздо большая толерантность, чем, скажем, в Германии или Великобритании.

Ведь именно в западных странах в буржуазную эпоху вспыхивали великие исторические скандалы, связанные с  “мужеложством”. В Англии это был громкий судебный процесс против Оскара Уайльда в 1895 году, а позже еще один – против Питера Уальдблада в 1954 году. В Германии – судебный процесс над князем Филиппом цу Эйленбургом (Fürsten zu Eulenburg) в 1906 году, скандалы вокруг начальника штаба штурмовых отрядов НСДАП Эрнста Рёма (Ernst Röhm) в 1931-32 годах, а в 1983 году – анонимные обвинения в адрес генерала бундесвера Гюнтера Кисслинга (Günter Kissling), вынудившие его преждевременно уйти в отставку.

В прошлом Восток был толерантнее Запада

В Восточной Европе к гомосексуалам относились значительно терпимее. Так, в Польше с момента обретения ею независимости в 1918 году наказание за сексуальные отношения между мужчинами было крайне редким. В Советском Союзе этот вопрос стал линией водораздела между сталинистами и национал-большевиками с одной стороны и реформаторами и революционерами – с другой. В 1922 году однополые отношения в СССР были официально декриминализированы, но уже в начале 1930 годов при Сталине вновь была введена уголовная ответственность “за мужеложство”.

Чехословацкие коммунисты хотели декриминализировать гомосексуальность еще в 1950 году, но были вынуждены подчиниться запрету из Москвы. В ГДР еще в 1957 году была отменена уголовная ответственность за сексуальные отношения между взрослыми мужчинами, в 1961 году они были декриминализированы в Венгрии, а годом спустя – и в Чехословакии. В Великобритании это произошло только в 1967 году, в ФРГ – в 1969 году, в Австрии – в 1971 году.

Культурная война и проявление амбивалентности

В начале 2000 годов дискуссия о равных правах для геев и лесбиянок, зарегистрированных партнерских отношениях и гомосексуальных браках  превратилась в захватывающее массы культурное сражение между Востоком и Западом. Парадоксально, но именно политические коннотации сделали этот вопрос горячей темой. А вот поп-культура, в свою очередь, относилась к этой теме критически или иронично.

В России женский дуэт “Тату” играл с гомоэротическими подтекстами, в Сербии певица Мария Шерифович выиграла с этой темой песенный конкурс “Евровидение” и стала национальной иконой. Чуть позже главой правительства Сербии была избрана открытая лесбиянка. Для Сербии это стало возможностью проявить амбивалентность: культовые лесбиянки могут не скрывать своей сексуальной ориентации  и при этом не раздражать патриархально настроенных правых с их культом сильных мужчин.

Гомосексуальность – продукт импорта?

Но напряженность в вопросе признания прав сексуальных меньшинств в этом регионе по-прежнему сохраняется. Гей-бары вынуждены маскироваться. Гей-ассоциации и правозащитники ведут упорную борьбу на всем Балканском полуострове, пытаясь добиться того, чтобы гей-парады  можно было устраивать как можно в большем числе городов. Каждый проведенный гей-парад, несмотря на атаки гомофобов, считается победой.

Там, где гомосексуалам выйти на улицу особенно сложно или даже опасно, как в некоторых балканских странах, в первом ряду процессии идут западные политики или дипломаты, тем самым невольно подкрепляя тезис  о том, что гомосексуальность – это западный продукт, чуждый местному населению.

Гомофобия как психологическое явление

Каковы же аргументы гомофобов? В данном случае о них едва ли идет речь. “Угроза существования нации, деморализация армии, угроза браку – все это не имеет никакого отношения к реальности, – говорит ученый из Берлина Мартин Даннекер (Martin Dannecker), исследующий вопросы сексуальности. –  К примеру, доказано, что гомосексуальные союзы лишь укрепляют институт брака”.

Даннекер определяет гомофобию, в том числе, восточноевропейскую, как психологическое явление. За враждебностью, по его словам, кроется глубокое “сомнение в совместимости ценностей”. Во времена неопределенности лишь “природа” все еще обеспечивает незыблемую опору – по крайней мере, кажущуюся. Для укрепления авторитета слабого, нестабильного государства необходимо провести параллель между государством и семьей и говорить о них в одном контексте.

Хрупкость “естественной нормы”

В действительности же та норма, на которую ссылаются как на “естественную”, видится как нечто хрупкое и нестабильное. Этот вывод можно сделать хотя бы из того, что для соответствия этой норме нужно “взять себя в руки”. Геям и другим сексуальным меньшинствам, очевидно, не хватает необходимой для этого дисциплины. Но зачем брать себя в руки, если правильное, естественное поведение подразумевается как нечто само собой разумеющееся?

Этого противоречия не удается избежать никому, кто выступает за традиционные гендерные роли и против “неестественной” сексуальности. Если природа диктует четкие правила, как утверждают гомофобы, то гендерная идентичность просто не может быть размыта какими-либо жизненными обстоятельствами, каким-то гей-парадом или “пропагандой гомосексуальности”. Так что на самом деле они могли бы не волноваться.

Откуда берется ненависть к геям?

Геев ненавидят “за то, что они олицетворяют пассивность”, говорит Даннекер. Но не только многие жители Восточной Европы лично чувствуют себя обреченными на пассивность. Эту удручающую судьбу, разделяет, скорее, вся нация, с которой они себя соотносят. Ее поучают, ущемляют, ее делают пассивным получателем материальных благ от Запада, который выставляет себя покровителем. Одним словом, из нее делают женщину.

И “это” позволяют делать с собой геи – вот где кроются истоки ненависти. “Они предают всех представителей своего общества”, – объясняет Даннекер. К тому же социальный спад, который пришлось пережить многим людям, воспринимается как потеря потенции.

Попытка психологизации гомосексуальности провалилась

Различия между Востоком и Западом Даннекер видит не только в волне гомофобии, поднявшейся после 2000 года, но и в истории преследования гомосексуалов. На Западе, в частности, в Англии и Германии, после длительного периода “проблематизации” произошло своеобразное “негативное просвещение”.

Вместо того, чтобы просто осуждать гомосексуальность как грех, ее долгое время пытались интерпретировать как психическое отклонение или невроз. Какое-то время на Западе искали “причины”, по которым человек становится гомосексуалом. “Но найти ничего не удалось”, – говорит Даннекер. Так что оставалось только принять это как данность.

Геи как “еретические иконы дьявола”

В то же время в Восточной Европе, в особенности, в России, где, в соответствии с православной традицией, действие главенствует над “внутренней мотивацией”, важным считается не то, что человек чувствует, а то, что он делает. Именно поэтому широкие слои населения еще более агрессивно реагируют на демонстративный, эксгибиционистский, нравоучительный элемент в движении за права ЛГБТИ.

Даже социолог Игорь Кон, известный борец за права геев в России, не скрывал раздражения от гей-парадов: “Некоторым они напоминают студенческие пропагандистские отряды времен СССР, которые должны были учить колхозников собирать урожай”. Терпимость стала предметом обсуждения, а гомосексуалы, как и участники западных гей-парадов, превратились в иконы – еретические иконы дьявола. И это не сулит ничего хорошего для их признания в будущем”.

Норберт Маппес-Нидик, журналист-фрилансер, более 30 лет работавший в странах Юго-Восточной Европы. Сотрудничал с целым рядом немецких СМИ. 15 февраля 2021 года вышла его книга “Почему Запад не понимает Восток”.

Источник

Поделись публикацией

Комментарии закрыты.