“До сих пор иногда думаю, что лучше бы я был гетеросексуалом”. Истории геев из Ставрополья

Молодые геи из Ставрополья рассказали Кавказ.Реалиям о принятии своей гомосексуальности и о том, с чем они столкнулись и чему противостоят.

Никита, 20 лет, инженер

Задумываться о своей ориентации я начал в двенадцать лет. Не понимал, почему мне не нравится никто из девочек, но в то время я не придавал этому большого значения. Чем старше становился, тем больше понимал, что меня привлекает мужской пол.

А девушки мне просто никогда не нравились. Я просто ничего не чувствую с ними. Я никогда не встречался с девушкой, потому что не понимал: зачем.

Принял себя только в 18 лет. Это связано с тем, что в нашем обществе не говорят об этом, о том, что есть геи. И я думал всё это время, что это пройдёт с возрастом. Я рос, но ничего не проходило. Наоборот: я влюбился в своего друга.

Я пытался изменить себя, думал, что это всё неправильно, думал, что женюсь и все пройдёт. И вот когда мне уже исполнилось 18, я решил, что это моя жизнь, что не буду бежать от себя, что могу быть счастливым.

Обо мне знают мои братья, друзья и просто некоторые знакомые. Ни один из тех, кому я рассказал, не отреагировал плохо. Семье рассказать пока не могу. Боюсь потому, что знаю их отношение ко всему этому. А почему у них такое отношение? Потому что это мнение общества, стереотипы и так далее.

Реакция моих друзей, когда я рассказывал им, была потрясающей. Они отвечали: “Ну и что?”. Им неважно, кто мне нравится, им важен я, как человек.

По учёбе, конечно, были проблемы, хотя никто и не знал обо мне, но всякие высказывания в мою сторону были, шептались за спиной, сплетничали. Мне кажется, если бы одноклассники узнали бы о моей ориентации в школьные годы, мне пришлось бы несладко.

Я боюсь за себя, боюсь за своего парня, боюсь за свою семью. Мало ли, какая будет реакция у людей. Я боюсь быть отвергнутым из-за ориентации. Боюсь быть по-настоящему открытым. Боюсь за своё будущее.

Представления в России об ЛГБТ искажены до невозможности. По телевизору показывают какую-то чушь. Это всё неправда! Мой опыт показывает, что только молодое поколение сейчас более-менее готово принять ЛГБТ. Остальные – нет. Если бы об этом можно было открыто говорить, возможно, что-то бы поменялось. А пока, увы, Россия не готова принять это. Но то, что Россия не готова принять, не значит, что этого нет.

Семью хочу. Но смотря что для кого семья? У меня есть парень и мы любим друг друга, детей в будущем я хочу, неважно от кого они будут, можно взять в детском доме, но не у нас в стране. Вообще, если говорить о гей-семье и стереотипах, то считается, что в гомо-семье вырастут такие дети. Это не так. Нельзя просто так взять и стать геем, геем нельзя сделать человека, таким нужно родиться.

Я – не человек? Почему я не могу заключить брак с любимым человеком? Как мой выбор мешает другим людям? Да и чем я хуже других? Я ведь зла никому не желаю, но зло делают мне, только непонятно – за что?

Я думаю, нужно просто разрешить говорить о ЛГБТ. Мы есть! Нужно разрешить говорить об этом открыто, чтобы те люди, которым это необходимо, услышали.

Ну и, конечно, если бы был закон, который защищал бы ЛГБТ, жить бы стало намного легче.

Мы не хотим, чтобы другие были несчастны. Мы наоборот – боремся за любовь. Ведь каждый человек достоен любви. Мы никогда не скажем вам о том, что натуралом быть плохо, вас не будут осуждать из-за ориентации. На своём опыте скажу, если вам плохо и вы из числа ЛГБТ, то любой человек из этого сообщества поможет вам психологически, потому что только они понимают, каково это – жить без возможности говорить о себе.

Олег, 22 года, студент

Мне понравился один парень, это было в другом городе, куда я ездил летом в лагерь, когда был подростком. С этим парнем мы часто попадали в одни смены несколько лет подряд и общались. Так я и понял…

Я долго не принимал свою ориентацию. До сих пор иногда думаю, что лучше бы я был гетеросексуалом. Не потому, что гомосексуальность ужасен, а потому что я – в России.

Мой каминг-аут происходил несколько раз. Я рассказал о себе друзьям, в разное время. Теперь все мои друзья в курсе ориентации. Никто из них не отвернулся от меня или отдалился. Родители не знают до сих пор.

Много чего боюсь. Больше всего боюсь, что моя нерешительность и страх, как и страх многих людей из ЛГБТ-сообщества – заявить о себе, начать отстаивать свои права, приведёт к тому, что мы скатимся к ещё более жестокому и репрессивному режиму.

Боюсь, что мои родители узнают об ориентации, а это повлияет на мои отношения с ними. Россия абсолютно не готова к ЛГБТ-сообществу. Большинство в обществе – гомофобы, поэтому любые действия власти в каких-то ограничениях прав гомосексуалов поддерживаются многими гражданами. Государство нашло для себя людей, которых можно унизить, переключить внимание большинства с реальных проблем на тему ЛГБТ.

Владимир, 22 года, преподаватель

Я понимал, что мне нравятся парни ещё с самого раннего возраста. Но тогда не было в моей голове, что это что-то нетрадиционное. В детстве все говорили: “Мальчику должна нравиться девочка” и, возможно, из-за этого мне и показалось, что они действительно мне нравятся.

Лет в 15 я начал немного открываться своим подругам, но старался тщательно скрывать от всех. В 19 лет начал уже говорить по факту. Кто-то из друзей поддержал, при этом сказав, что догадывались об этом уже давно. Кто-то якобы поддержал, но при этом за спиной говорил гадости.

Сейчас же мое окружение состоит только из толерантных людей. Из родителей знает только мама. Отнеслась к этому чересчур трагично. Были вопросы “А не изнасиловали ли тебя?” и речи из разряда “Я плохая мать”.

Но я отстоял себя и постарался объяснить, что от неё это не зависит, что я из-за ориентации хуже не становлюсь. Спустя два года стало полегче, но её все ещё пугает всеобщее мнение.

Отец у меня мужик неглупый, поэтому, думаю, что он сам всё прекрасно видит. Из семьи знает ещё родной брат. Отнёсся вполне нормально. Моя тётя меня поддержала и даже в какой-то мере помогла и маме с принятием.

В школе я в основном дружил с девочками и это привлекало особе внимание у негодующих мальчиков. Слова “О, смотри, п*едик идёт!” были от некоторых как “с добрым утром”. Распускали слухи, многие из которых были совершенно нелепыми. Было пару «разговоров» в туалете. Стрёмно было.

На работе единственное, что вызвало проблему, – гомофобные родители учеников, которые не разрешали детям заниматься танцами. Подросткам даже.

Источник

Сподобалось? Знайди хвилинку, щоб підтримати нас на Patreon!
Become a patron at Patreon!
Поділись публікацією