Американский журнал рассказал о российском гей-мотоклубе

Рассказывает Саша Распопина, “Vice magazine” (США):

“В России и геев, и байкеров притесняют”, – объясняет Юрий, основатель единственного (насколько нам обоим известно) в России гей-мотоклуба “Гомото”. Впрочем, по его словам, естественным врагам байкеров – автомобилистам, полиции и безжалостной российской погоде – далеко до беснующихся по всей стране гомофобов.

Санкт-Петербург, в котором располагается “Гомото”, еще в 2012 году первым в России принял пресловутый закон, запрещающий “пропаганду гомосексуализма”. Позднее этот закон был введен и на федеральном уровне. Как и на остальной территории страны, деятельность ЛГБТ-активистов в городе регулярно пресекают. Их штрафуют, травят и преследуют.

“Гомото” – новый клуб: его члены ездят вместе первый сезон. Юрию (на фото ниже) немного за 30. У него есть квартира, работа, бойфренд (ненавидящий мотоциклы), любовник (обожающий мотоциклы) и гараж, в котором иногда тусуются члены клуба и ЛГБТ-активисты.

У “Гомото” в Петербурге был предшественник – действовавший несколько лет назад небольшой клуб Dykes on Bikes. Он не был связан со знаменитым одноименным лесбийским мотоклубом из Чикаго, и был ближе к коммерческому предприятию. Член “Гомото” Святослава, в свое время состоявшая в DoB, утверждает, что изрядная часть деятельности клуба сводилась к небольшому бизнесу по устройству мотосвиданий. Члены клуба за плату катали на мотоциклах лесбийские пары, обеспечивая тем, кто хотел удивить своих девушек, немного адреналина. Сейчас Святослава и еще несколько байкерш-лесбиянок состоит в “Гомото”.

Большинство членов клуба – мужчины, и девушки обычно проводят время в своем кругу. Чтобы встретиться с ними, мне пришлось договариваться отдельно, так как в день, когда мы назначили встречу в центре города с Юрием и парнями, байкерш в Петербурге не было – они уехали в Белоруссию. Мы встретились через две недели у пруда на пустыре на городской окраине. “Клуб – это система поддержки, – объяснили они. – Мы не обязаны все время быть вместе”.

Я спрашиваю, сколько в клубе человек. Юрий медлит с ответом – он сам толком не знает. У “Гомото” нет ни официальных ритуалов посвящения, ни церемонии вступления, ни нашивки. У страниц клуба во “Вконтакте” и в Facebook в общей сложности около тысячи “лайков”. Юрий создал сайт для тех, кто хочет следить за новостями клуба, но опасается делать это в социальных сетях, чтобы не узнали друзья и родные. Многим членам “Гомото”, по его словам, за 30. У них есть хорошая работа, есть семьи, и они в какой-то степени приспособились к российскому обществу. Зачастую именно благодаря этому они могут позволить себе такое дорогостоящее хобби, как мотоциклы.

“Я не собираюсь ломать этот порядок”, – подчеркивает Юрий.

“Гей-мотоклуб – не то же самое, что обычные мотоклубы и прочие организации такого рода. У нас нет членских билетов. Если у тебя есть мотоцикл и ты – гомосексуал по самоидентификации, ты можешь стать одним из нас. Фактически, ты уже один из нас”, – говорит он, добавляя, что есть 10-15 человек, которые регулярно приходят на мероприятия и встречи.

Первомайский протестный марш, состоявшийся в этом году в Петербурге, стал первым публичным мероприятием с участием клуба. Мотоциклисты ехали вместе с колонной ЛГБТ. Участие в акции приняли не все члены “Гомото”. По словам Юрия, многие его друзья-геи не интересуются политикой, а многие вдобавок откровенно боятся участвовать в чем-то похожем на гей-парад. С учетом обычной реакции российских властей на подобные вещи, это неудивительно.

Как бы то ни было, протесты прошли настолько мирно, насколько это возможно в России. Единственный инцидент был связан с появлением депутата-гомофоба Виталия Милонова. Видеозапись того, как он выкрикивал оскорбления в адрес ЛГБТ-колонны, широко распространилась в российском интернете. Милонов кричал: “Извращенцы, подонки, бандеровцы! Бандеровские подонки! Проститутки, извращенцы!” К демонстрантам его не подпускала полиция.

“Я там был в этот момент, – вспоминает Юрий, – и понял, что Милонов – просто шут гороховый”. Юрий не согласен с журналистами, изображающими Милонова злодеем. На его взгляд, политик был больше всего похож на ребенка, закатывающего истерику перед прилавком с конфетами, а полицейские, которые пытались его угомонить, напоминали смущенных родителей. “Когда люди его увидели, они бросились на него смотреть, как на клоуна в цирке”, – добавляет он.

“При этом с политической точки зрения, он – вреден и гнусен, – считает Юрий. – Он ничем не отличается от прочих марионеток на этой полке, пока его не дернут за ниточки. Стоит ему начать говорить, как его ненависть выходит наружу. К сожалению, он стал лицом Санкт-Петербурга”.

Когда речь заходит об активизме, Юий поясняет, что он смотрит на противостояние гомофобии не так, как большинство борцов за права геев. Он считает, что нужно не просто говорить о неправоте гомофобов, но и наглядно демонстрировать ошибочность их ключевых аргументов. “Я хочу, чтобы наш клуб стал ответом на постоянные попытки современной российской пропаганды представить геев женоподобными и безнравственными, извращенцами и педофилами, – говорит он. – Пропагандисты совсем не хотят, чтобы с гомосексуальностью ассоциировались люди на мотоциклах. Мы разрушаем стереотипы, и это лишает позицию гомофобов основы”.

В Петербурге есть еще несколько мотоклубов, но “Гомото” с ними не взаимодействует. Юрий иногда принимает участие в большом весеннем заезде в честь открытия сезона – но без ЛГБТ-символики. “Там 6 000 мотоциклов, и мою радужную ленточку все равно никто бы не заметил”, – говорит он. Когда я спрашиваю Святославу, носит ли она ЛГБТ-символику, она отвечает, что предпочитает не махать флагом, чтобы не навлекать на себя враждебную реакцию. “Здешние байкеры стараются быть крутыми альфа-самцами. На женщину в той же роли они реагируют не лучшим образом”, – объясняет она.

Можно ли считать “Гомото” гей-ответом ультрапатриотическому мачизму мотоклуба “Ночные волки”?

“Нет,” – говорит Юрий. Не потому, что он пытается избежать сравнения, а потому что пресловутые “Волки”, по его мнению, – не мотоклуб. “Это политическая организация. [Лидер клуба и друг Владимира Путина Александр] Залдостанов – политик, просто носит кожу, а не костюм”.

“Гомото” ближе к приложению для знакомств, чем к политике. “Политики эксплуатируют секс, мы тоже”, – пожимает плечами Юрий.

Юрий не строит в отношении клуба амбициозных планов: в первую очередь, это – хобби, служба знакомств и группа поддержки. Впрочем, если “Гомото” захочется известности, получить ее будет просто: “Стоит Милонову нас заметить, и он обеспечит нам сколько угодно пиара”.

Тем не менее, подчеркивает Юрий, он не намерен “изображать из себя Pussy Riot”, – для него важнее мотоциклы и мальчики. “Одно из моих любимейших чувств: остановившись на светофоре, видеть, как “женатики” – молодые симпатичные папаши с колясками – смотрят на тебя с завистью и вожделением. Потом загорается зеленый свет, и ты проезжаешь мимо”.

 

http://bluesystem.ru/news_topic/?aid=12378

Поделись публикацией

Комментарии закрыты.