По всему миру – и на всех уровнях: ЛГБТ-политики достигают новых высот

Список стран, которыми руководят открытые представители ЛГБТ, короткий, но он быстро увеличивается.

Всего только в 2009 году в Исландии впервые в мировой истории на пост премьер-министра избрали открытую ЛГБТ-персону – Йоханну Сигурдардоттир. В 2011 году Элио ди Рупо становится премьер-министром Бельгии. в 2013-м в соседнем Люксембурге премьер-министром выбрали Хавье Беттель, и он до сих пор занимает этот пост. С тех пор к нему присоединились ещё два ЛГБТ лидера: Ана Брнабич в Сербии и Лео Варадкар в Ирландии – стране, в которой декриминализовали однополые отношения только в 1993 году

Элио Ди Рупо – политический деятель, социал-демократ, президент франкоговорящей партии социалистов. Является лидером одной из двух крупнейших бельгийских социал-демократических партий; считается одним из наиболее могущественных политических деятелей страны.

Эти лидеры входят в клуб открытых ЛГБТ политиков, которых не существовало ещё каких-то 40 лет назад. Однако теперь они занимают высочайшие посты в своих странах, и их программы содержат куда больше, чем просто вопросы сексуальности и гендерной идентичности.

Момент настал

За исключением Георгия Чичерина – открытого гея, который являлся наркомом иностранных дел в СССР, первой ЛГБТ-персоной, занимающей высокий политический пост, можно считать Кооса Хаусене. Он совершил каминг-аут как гей за год до того, как стал членом голландского парламента в 1977 году.

Первый нарком иностранных дел Георгий Чичерин в своем рабочем кабинете. Фото: © РИА Новости

Сегодня на городском, региональном или национальном уровнях насчитывается несколько тысяч открытых ЛГБТ-политиков – тренд, который не собирается снижаться. Выборы в США в 2017 году стали важным примером успеха ЛГБТ кандидатов по всей Америке – в первую очередь, но не только, среди прогрессивных избирателей. В Америке 23 мэра принадлежат к ЛГБТ-сообществу. Один из них – Питер Буттиджич, восходящая звезда Демократической партии, занимающий пост в консервативном городе Саут-Бенд, штат Индиана, совершил каминг-аут на страницах местной газеты, уже будучи мэром. В прошлые выходные он сочетался браком со своим партнёром, когда его город отмечал Прайд вместе со всей Америкой. В том же году в Великобритании 35 представителей ЛГБТ были избраны в парламент (в обе палаты).

В то время как США приближается к политически жаркому лету 2018, рекордное количество ЛГБТ-кандидатов (больше 400) баллотируются на разные посты – от членов городских советов до губернаторов. Среди них яркие медийные персоны, как, например, печально известная информаторка Челси Мэннинг, которая подаётся в сенат штата Мэриленд, или актриса Синтия Никсон, являющаяся оппоненткой губернатора штата Нью-Йорк. Но, пожалуй, самая захватывающая новость, это то, что в предвыборной гонке на место губернатора Техаса участвует Лупе Вальдес, которая станет (если будет избрана) единственной в стране губернаторкой – лесбиянкой латиноамериканского происхождения.

Вкупе с прогрессом в области брачного равенства и гражданских союзов в западном мире (так же, как и в некоторых странах Латинской Америки и Южной Африки), политический стеклянный потолок для ЛГБТ – также называемый «лавандовый потолок» – кажется, наконец, треснул. Но насколько глубоки эти трещины? И каковы их последствия?

Красовский – первый в России политик гей

Антон Красовский выдвинул свою кандидатуру на пост мэра Москвы в 2018 году/ Главный редактор Carnegie.ru Александр Баунов считает, что выдвижение Красовского – событие историческое .

Не знаю, станет ли Антон Красовский мэром Москвы, мы все можем предположить, что нет. Зато знаю, кем он уже стал: первым в России геем-политиком. Не высоким начальством, про которое все знают, и которого полно, но оно не считается, как не считался граф Уваров, придумавший “самодержавие-народность”, а тем, кто впервые обо всем переговорил со своей аудиторией на старте. Так это обычно и происходит: первый политиком-геем, первым борцом за права, те или другие, становится не человек, прошедший фокус-группы и праймериз всеобщей приятности, а просто тот, кто на это решился.

Общественный деятель, директор благотворительного фонда «СПИД.Центр» Антон Красовский, ВИЧ-позитивны гей в политике

Раскрасить мэрию в цвета радуги

В таком городе, как Нью-Йорк, который связан со многими историческими событиями для ЛГБТ-движения, 36-летний Кори Джонсон всё ещё вершит историю. Спикер Совета Нью-Йорк Сити не первый высокопоставленный представитель ЛГБТ в городской политике. Его предшественница Кристин Куин была гомосексуальна, как и пять из 51 действующих членов Совета. Но в дополнение к тому, что Джонсон молод и гомосексуален, он также является единственным ВИЧ-положительным избранным официальным лицом в штате Нью-Йорк.

Кори Джонсон впервые стал известен стране в 2000 году, когда, будучи капитаном школьной футбольной команды, публично объявил о том, что он гей. История юного футболиста широко освещалась в СМИ, в том числе на страницах New York Times и в эфире телепрограммы “20/20”. Отучившись меньше семестра в Университете Джорджа Вашингтона, Джонсон переехал в Нью-Йорк, где стал активистом LGBT-движения.

Несмотря на относительное разнообразие политической сцены Нью-Йорка, Джонсон не согласен, что его отношение к ЛГБТ-сообществу не должно иметь значение: «Быть геем – не то же самое, что иметь синие глаза». Он считает сексуальную ориентацию неотъемлемой частью своей идентичности – как он живёт, кого любит – и заявляет, что она всегда будет ассоциироваться с его политической личностью.

Эта личность, в конце концов, привела его сюда. Несмотря на то, что Джонсон играл в сборной Массачусетса по футболу среди старшеклассников в качестве помощника капитана, он признаёт, что был «вышедшим из шкафа, подавленным и суицидально настроенным подростком». Существовавшие до него ЛГБТ-лидеры были его спасательным кругом и ролевыми моделями – Харви Милк и Ларри Крамер, чьи фотографии висят в его офисе. Джонсон надеется сыграть такую же роль для будущих поколений. Ожидается, что он будет баллотироваться на пост мэра Нью-Йорка в 2021 году (потенциальный слоган: “Stop Fucking With Us“). Если он победит на выборах, то станет первым открытым ЛГБТ-мэром в истории города.

Джонсон отмечает, что избиратели из разных точек политического спектра обычно чаще выбирают кандидатов на основании жизненно-важных вопросов – здравоохранение, образование, благосостояние – чем по признаку гендера и сексуальной ориентации. Например, Даника Роем в прошлом году стала первой в истории трансгендерной персоной, выбранной в сенат штата Вирджиния. И хотя вопрос её сексуальной идентичности поднимался во время дебатов, Джонсон считает, что предвыборная гонка «была выиграна благодаря транспортному вопросу».

И всё же, он призывает не полагаться на ложное чувство самоуспокоенности: «Одна из первых мыслей, которую я высказал [после принятия закона о брачном равноправии], состояла в том, что люди перестанут заниматься активизмом». И действительно, по результатам исследования GLAAD (организации, занимающейся мониторингом СМИ по вопросам прав ЛГБТ), произошёл сдвиг в публичной поддержке ЛГБТ в 2017 году. Сегодня всё больше людей испытывают определённый дискомфорт в отношении ЛГБТ-повестки, тогда как число не-ЛГБТ людей, которые становятся «удалёнными сторонниками», а не союзниками, растёт.

Неожиданные места

Широкая репрезентация ЛГБТ в Нью-Йорке может выглядеть не слишком удивительно. Однако выборы в других частях мира показывают, что принятие вышло на новый уровень. К примеру, глубоко католическая Ирландия не только проголосовала за однополые браки, но и за открытого гея Лео Варадкара на пост премьер-министра. Патриархальная, традиционно гомофобная Сербия, в которой доминирующую роль занимают мужчины, тоже удивила весь мир, выбрав лесбиянку Ану Брнабич на пост политика, главы правительства. И хотя Ближний Восток всё ещё довольно неблагоприятен с точки зрения ЛГБТ-прав, ощутимый прогресс можно наблюдать в Израиле, даже среди консерваторов.

Амир Охана, ставший первым открытым гомосексуальным представителем консервативной партии в Кнессете (израильском парламенте), говорит о возрастающем уровне принятия в стране, хотя это «скорее эволюция, чем революция». Видимость – залог этой эволюции. «Можно принимать законы, запрещающие преступления на почве ненависти, но нельзя законодательно запретить ненависть». Единственный способ борьбы с ненавистью – призывы к разнообразию.

Мейрав Бен-Ари и Амир Охана подают поправку к Закону о суррогатном материнстве

Охана говорит, что изменение восприятия особенно впечатляюще выглядит среди ультраортодоксальных евреев, составляющих значительную часть населения Израиля и его политического класса. Он вспоминает, что всего десять лет назад члены ультраортодоксальных политических партий высказывались об ЛГБТ как о чём-то, что нужно «лечить, как птичий грипп». С тех пор население стало более толерантным, что он считает последствием повышения видимости ЛГБТ-людей вроде него.

Охана цитирует праворадикального ультраортодоксального политика, сказавшего во время дебатов, что он не может проголосовать за однополые браки, однако готов признать ЛГБТ частью общества: «Он всё равно проголосовал против нас, но терминология изменилась». Самим фактом своего существования и работы в Кнессете члены ЛГБТ-сообщества смогли «загнать гомофобов в шкаф».

Больше, чем идентичность

Помимо репрезентации важно, чтобы повестка ЛГБТ кандидатов не сводилась только к ЛГБТ-вопросам. Это позиция, которой Охана явно придерживается, будучи членом милитаристской правоцентристской партии Ликуд. Когда он только вступил в Ликуд, многие его сопартийцы «думали, что я первый гомосексуальный человек, которого они встретили». Тем не менее, так же, как и израильская общественность, «когда они видят меня, первое, что приходит им на ум, это мои взгляды и действия, а не слово “гей”».

Охана признаёт, что ЛГБТ-вопросами обычно занимаются прогрессивные партии, однако он говорит, что включение их в консервативную повестку привлекает избирателей, которые иначе проголосовали бы за левых практически по умолчанию. Он любит цитировать Дэвида Кэмерона, который «однажды сказал “я не поддерживаю однополые браки, потому что я консерватор, а не вопреки этому”».

Тем не менее, сегодняшняя ситуация, кажется, предполагает нечто более глобальное: ЛГБТ-повестка наконец вышла за границы политических обсуждений, политика стала тем, что небезразлично всем. И это позволяет ЛГБТ-политикам выступать за всё, что им нравится.

Текст: Annalisa Merelli
Перевод: специально для Вы готовы не молчать?
По материалу: https://qz.com/…/has-the-lgbt-political-glass-ceiling-crac…/

Источник

Поделись публикацией
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on LinkedIn
Linkedin
Share on VK
VK
Share on Tumblr
Tumblr
Pin on Pinterest
Pinterest

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

шесть − два =