Откуда в Мариуполе – ТЮ, и как эта платформа меняет город. Пьеса-интервью с четверкой причастных

Их шесть человек, и они среди тех, кто делает культуру востока Украины. Вера, Саша, Диана, Ксения, Ира и Алексей – это арт-платформа ТЮ, которая появилась в Мариуполе четыре года назад. Ничего подобного в промышленном городе на берегу Азовского моря ранее не было, а потребность была.

Арт-платформа говорит не только об искусстве. ТЮ – это о культуре, политике и правах человека. Причем, темы не самые удобные: инклюзия, ЛГБТ, культ прошлого, современное искусство.

Свои собрались с четырьмя основными участниками платформы на Zoom-конференцию и поговорили о том, как в городе воспринимают острые темы, о сотрудничестве с крупными фестивалями и известными артистами, об опасном 8 марта, ну и о политике. Вышло что-то наподобие пьесы в шести частях. Действующие лица:

Диана Берг – голова и мозг.

Саша Сосновский – вера и надежда.

Ксения Чепа – менеджмент и фэйс-контроль.

Вера Процких – внедрение и вовлечение.

АКТ I. ТЮ! История

Свои: Давайте начнем с того, почему вы называетесь ТЮ?

Саша: Название взялось ниоткуда – это просто междометие, не аббревиатура, не необычное слово.

Люди начали сами додумывать и придумывать разные сокращения. Например, «Тимошенко Юлия». Мое любимое – это «Театр Юность». Я так иногда нашу платформу и называю

Вера: Это название работает не только на украинском и русском, но с разными интонациями понятно всем. Можно сказать: «ТЮ, ты этого не знаешь?» или «ТЮ, ты шо?» Такое краткое название легко запомнить.

Диана: Есть интересный аспект – мы первое арт-пространство в Мариуполе. Были мысли назвать это все «арт-галерея бла-бла-бла», чтобы латиницей и красиво. Но, таких мест и так хватает. А пространств со смешными и народными названиями нет. Ноль пафоса. Это возглас, который используют все – работяги со Слободки (местность в Мариуполе. – Свои), рыбаки в Мариуполе, да вообще вся Украина. И это убирает всю патетику нафиг. Сразу просто и понятно. И этот спектр эмоций всегда немного окрашен удивлением.

Здание Платформы ТЮ

Свои: Сколько лет назад вы появились и кто начал всю эту инициативу?

Вера: Я присоединилась в середине пути.

Диана: Вера присоединилась в самом начале и тоже начала создавать.

Саша: Не в самом-самом начале, но присоединилась. Из тех, кто стоял у истоков, остались я и Диана. С нами еще в самом начале был Богдан Чабан, который сейчас занимается в Киеве Pizza Veterano.

Свои: Насколько тяжело было найти помещение? Учитывая, что в Мариуполе это первый подобный проект.

Саша: Мы открылись в 2016 году. Я уроженец Запорожья, но большую часть жизни живу в Мариуполе. Этот город всегда считался провинцией, заводским городом. Донецкие всегда проезжали мимо него, когда ехали отдыхать на морское побережье. Тут мало что происходило из актуальных культурных событий. Развлекательных историй было мало.

Запрос на появление «третьих мест» (часть городского пространства, не связанная с домом или работой. – Свои), социальных пространств, давно витал в воздухе. И когда в 2014 году начались активные боевые действия, много людей переехали из Донецка в Мариуполь. Они принесли с собой массу инициатив и культурный вектор сместился в сторону Мариуполя. Да и правительство стало больше уделять внимания. Сыграло еще то, что это прифронтовой город.

Мы сделали то, что давно хотел город. Самая большая заслуга Дианы. Она взяла и сделала. Мы открылись на деньги USAID (Агентство США по международному развитию. – Свои), за что им большое спасибо. Кстати, наш случай – это одна из первых грантовых историй для Мариуполя.

На нас вышел один предприниматель и предложил арендовать площадь в центре города. У него было старое здание 19 века. Но оно было в очень плохом состоянии.

Во время активной фазы боевых действий в конце 2015 – начале 2016-го аренда недвижимости стала дешеветь, и мы нашли в центре отличное помещение, которое подходит под наши требования. Мы нашли его просто по объявлению, оно тоже позапрошлого века. Там раньше были синагога, спортзал, склад, цех и православная церковь.

Свои: Намоленное место?

Все, смеются: Да, наверное.

Свои: Были попытки открыть что-то подобное до вас?

Вера: Сначала открывались антикафе, так как было модно. И были свои тусовки творческих людей. Но тут нужно было знать правильных людей – если ты в их компании, то ты попадешь.

До 2016 года сюда мало кто хотел приезжать. А Платформа ТЮ начала привозить интересных людей. Оказалось, тут есть запрос

До нас большие концерты были во Дворце культуры металлургов. А тут приезжают Dakh Daughters и играют в городском парке, Марьяна Садовская выступает, Сергей Жадан с творческим вечером.

Вообще, у нас это первый проект. Мы не учились для этого в университетах. Сейчас ходим на тренинги, но уже и сами устраиваем мастер-классы. Свою первую выставку мы сделали с нуля.

АКТ II. ТЮ! Кто есть кто

Свои: Расскажите, кто чем у вас занимается, как распределяются должности?

Ксения: Вера отвечает за социальные сети и продвижение. Саша – наша гордость и надежда в техническом плане. Диана – голова и мозги. Есть еще Леша, который наш админ, Ира Березнева – бухгалтер, и ее муж Артем – наш фотограф. И есть я как менеджер.

Команда ТЮ

Диана: Нам перестал нравиться формат интервью, так как все СМИ делают акцент на мне, как на донецкой переселенке, которая приехала и что-то сделала. Нет, это не только я! Все ребята принимают такое же активное участие. Поэтому сегодня я хочу говорить поменьше.

Вера: Искусство – наш медиум. Мы им пробуждаем критическое мышление. И еще мы занимаемся правами человека. От нас многие ждут рэйвов, но это не главный наш профиль. Еще мы на нашем сайте, который сейчас в разработке, выделили такое направление, как «Память». К нему относится наш ежегодный проект «Деком». Мы работали несколько лет с рефлексией о советском прошлом Украины. Работали вместе с краеведческим музеем. Например, делали инстаграм советского человека. Мы в сторис публиковали очереди, писали шутки про югославскую мебель и так далее.

Свои: Сколько людей вовлекается в вашу деятельность?

Диана: Мы сами часто задаем себе этот вопрос. Насколько мы нишевые.

Саша: У нас были разные проекты. Нас часто просят описать нашего посетителя. И тут я теряюсь, так как были абсолютно разные проекты. Это все. Люди разных статусов, разных сфер социальной жизни. Возраст пусть будет от 15 до 70.

Свои: Сколько людей было у вас максимально?

Саша: Максимум было 200, но для нашего здания – это очень много. На опен-эйр, когда мы делали концерт Dakh Daughters в городском парке, пришла где-то тысяча человек. Но в основном у нас немассовые истории. Больше камерные ивенты. И мы затрагиваем непопулярные темы, неинтересные для масс. Мы не гонимся за количеством. Я в шутку говорю, когда же наступит ивент, чтобы к нам никто не пришел. Но такого еще не было.

Диана: Но мы ждем и надеемся.

(смеются)

Много было людей на Андруховиче и во время Гогольфеста.

Вера: Был еще фестиваль равенства. Там тоже было много людей.

Диана: Нам предложили на новом сайте поставить счетчик – сколько было людей на событиях. На самом деле наша аудитория – это не только те люди, которые приходят физически. Сейчас у нас много онлайн-ивентов, резиденции с несколькими странами. Половина подписчиков нашего паблика – это не Мариуполь.

Свои: Какие мероприятия о правах человека вы проводите, кроме поддержки ЛГБТ?

Диана: Мы выступаем за права и свободы человека. ЛГБТ – это только один из аспектов, но не основной вид деятельности. Мы поддерживаем и разделяем идеи гендерного равенства. Продвигаем инклюзивность – психическую и физическую. Выступаем за права меньшинств. В общем, мы за повышение толерантности, инаковости.

АКТ III. ТЮ! Критика

Свои: Вы патриотичные. Как военные относятся к тому, что вы поддерживаете инициативы под радужным флагом? Кто вас вообще за это критикует?

Диана: Со стороны военных претензий нет. Буквально сегодня писал один человек, что не все ваши акции понимаю, но если нужна помощь – вы говорите.

Во время показа в ТЮ фильма «Невидимий батальйон» о женщинах на войне на востоке

Свои: Так а с чьей стороны прилетает критика?

Саша: Настроения в Мариуполе, как и везде. Да и не только в нашей стране. В Польше такого тоже хватает. У нас в обществе большой процент ксенофобии. У нас нет такого, что кто-то протестует против нашей деятельности. За последние два года нас никто не трогает, мы их тоже.

Вера: Критика поступает от консервативных людей. У нас, например, есть формат демонстрации, на которую мы можем выйти с абсурдными лозунгами, и нам пишут, что лучше бы шли работать на завод или сидели дома.

Саша: И вообще, зачем на улицу выходить? Нашли, что поддерживать.

Вера: Иногда говорят, что «вы занимаетесь не тем, что я хочу». Нас несколько лет назад расписали трафаретами «Мариуполь за традиционную семью», нарисовали пентаграммы и свастики. А мы взяли и все это оставили, как артефакты. На нас было серьезное нападение на первом концерте группы молодых ребят «Демонтаж». У них был конфликт с футбольными хулиганами, например, на тему, кто больше любит Жадана. Но после этого случая никаких пререканий не было. Концертом это назвать сложно – сходка 19-летних анархистов и их юных друзей.

Нацкорпус может критиковать и оскорблять, но нас могут объединить и общие позиции. Например, когда мы все вместе выходим на акцию по Кате Гандзюк.

К нам могут приходить с абсолютно разными взглядами. Могут прийти консервативные люди, но – для поговорить или образования.

8 ноября 2018 года, Мариуполь. Акция с требованием найти виновных в смерти Екатерины Гандзюк, которую поддержали участники Платформы ТЮ

Диана: Нас защищали копы, а напали на нас в августе.

Вера: 8 марта мы ходили с требованиями, что женщины тоже могут ходить шествием и зажигать файера. Нас тогда защищала полиция, а мы обычно их об этом не просим. После акции Нацкорпус устроил сафари, и мы прятались на квартире. Мы видели, как нас искали.

Ксения: У меня тогда была сломана нога, и мне надо было срочно домой. Я помню, мне было страшно выходить в такси. Мы даже слышали, что по подъезду кто-то ходит и выискивает квартиру. Это было стремно, да.

В этом году акция к 8 марта прошла мирно, без преследований и столкновений

Свои: Так почему никто не сопротивляется?

Диана: Праворадикалы – сильные, а леворадикалы – умные. Пока у нас так. Прошло только 30 лет. Правая риторика по сути замещает всю патриотическую риторику. А патриотизм не только об этом. Националисты, те, кто любит родину, военные, милитаризм – это правая тема. Я скажу так – их нельзя бояться.

Ветеран АТО Дмитрий Ризниченко и Диана Берг участвуют в Марше равенства в поддержку ЛГБТ. Киев, 2019 год

АКТ IV. ТЮ! Политика

Свои: У вас много поддержки со стороны – фестивали Інтерсіті, Next Sound, Конструкция. Как происходит ваше сотрудничество, как вы друг друга находите?

Диана: [В эти проекты] нас позвал Андрей Кириченко (основатель фестиваля Next Sound. – Свои). Еще в 2018 году мы с ним пересеклись на Книжном Арсенале (ежегодный фестиваль в Киеве. – Свои). Я ему помогала курировать музыкальную сцену. И Андрей открыл для себя культурный менеджмент. Что, оказывается, можно не делать все самому. Что можно грант получить. Мы с его лейблом подавались на грант Украинского культурного фонда, чтобы вместе делать фестиваль.

Вера: Мы сотрудничали с 86 (фестиваль кино и урбанистики. – Свои), который проходит в Славутиче. Мы делали там шоукейсы – пять вечеринок, на которых играли диджеи из Мариуполя. Потом мы привозили кино и музыкантов из других городов к нам в Мариуполь. С европейскими партнерами мы делали проект «Память воды». Сейчас делаем с иностранцами арт-резиденции онлайн.

Также помогаем репостиком Институту звука. Будет скоро в Запорожье Толока, нас туда позвали с воркшопом. Лучше, конечно, когда ты сам делаешь что-то полезное.

Диана: Мы помогаем тем, кого мы любим и уважаем. Помогаем малым развиться. А в остальном – у нас полное сотрудничество под ключ с курированием проектов. У нас Ксюша стоит на входе на вечеринках, как фэйс-контроль. И она лучшая, как в «Клозере» (клуб в Киеве. – Свои). Вера стримит, я общую организацию делаю. Саша следит за порядком.

У нас такой плотный культурный обмен. Когда кто-то хочет молодежное и неофициальное показать в Мариуполе, то обращаются к нам

Свои: А как у вас обстоят дела с властями?

Саша: Мы нишевые, и поэтому у нас есть уникальная возможность говорить то, что мы думаем. Полиция нам помогает. Нет конфронтации совсем. С властями мы дружим.

Свои: К вам приходили политики с офигительными предложениями?

Все смеются.

Саша: Не особо.

Диана: Пиариться через нас? Нет. У нас репутация, которую мы бережно строили четыре года. Политики не обращаются к нам за поддержкой, потому что знают, что мы не пойдем на сделки. Но мы очень политичны и политизированны.

Свои: Вы предрекли мой вопрос – может ли художник быть вне политики в Украине и в мире?

Диана: Многие сказали бы на нашем месте – мы вне политики. Мы – нет. Мы вне партии. Но у нас есть свой политический статут. У нас есть свое мнение, свои ценности, своя миссия. И это покруче, чем в Раде. Мне так кажется.

Миссия – продвижение прав человека через понятные арт-инициативы и инклюзивную культуру.

АКТ V. ТЮ! Манифест

Свои: Вы планируете расширяться? У вас большой потенциал, скоро все ваши идеи и проекты польются через край, и нужно же будет это куда-то девать.

Саша: Да мы расширяемся. Мы начинаем организовывать другие ивенты и проекты, которые никогда не делали. Пока не буду озвучивать, так как они на этапе согласования. Это будет образовательная программа по работе с молодежью. Мы начали делать новые и сложные для себя проекты. Так мы развиваемся.

2020 год, конечно, подкосил в плане культурных событий.

Концерт Dakh Daughters в Мариуполе, организованный при поддержке Платформы ТЮ

Диана: Если вы про физическое расширение, захват, то мы бы делали ТЮ в Донецке. Но только как мы туда зайдем своей командой.

А в остальном, у нас есть домик, он в Мариуполе, а покупать дачу нам не хочется. Мы расширяемся вглубь и онлайн. Сейчас у нас онлайн-резиденция с Польшей, Шотландией, Англией и Швецией, и все в порядке. Мы и так стараемся менять мир на один градус. Мариуполь – наше место силы.

А еще мы захватываем улицы (смеется) своими акциями. Мы заполняем публичное пространство.

Вера: Мы бы хотели, чтобы у нас было больше единомышленников, чтобы больше делать. Нам очень важно, чтобы люди, с которыми мы сотрудничаем, разделяли наши ценности. Иначе это будет уже не ТЮ.

***

Как такового заверенного официально меморандума или манифеста а-ля основоположник сюрреализма Анри Бретон организация не писала. У ТЮ! есть небольшой текст, который все доходчиво объясняет. Его и публикуем в качестве финала к пьесе.

Мы, как платформа, стали единственным независимым художественным пространством в Восточной Украине, где андеграундная культура, новаторские идеи, права человека и свободы, являются нашими главными ценностями.

Наша команда и сам проект Платформа «ТЮ!» постоянно развивается и трансформируется, собирая опыт, рефлексируя мир. Но наша миссия остается неизменной: мы продвигаем права человека и свободы через культуру и современное искусство, развивая критическое мышление в украинском обществе.

***

Материал создан в рамках проекта «Активация: Культура мирных собраний», реализуемого «Платформой ТЮ» благодаря искренней поддержке американского народа, оказанной через Агентство США по международному развитию (USAID).

Проект посвящен повышению осведомленности громад о праве на свободу собраний, культуре мирного и креативного протеста, а также о способах решения конфликтов между властью и обществом.

Источник

Поделись публикацией

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

1 × 5 =