«Нам трудно навредить в дружелюбной толпе»: монологи ЛГБТ-представителей об участии в беларуских митингах

И об отношении к ним среди протестующих, которое оказалось куда менее агрессивным, чем могло показаться.

Протесты в Беларуси продолжаются с 9 августа — дня проведения президентских выборов. Улицы городов превратились в площадку для политических акций: десятки и сотни тысяч людей выступают против продления полномочий Александра Лукашенко, требуя проведения нового голосования и поддерживая оппозицию.

Необходимость политических изменений в стране — не единственное требование протестующих. К контексту президентских выборов добавился и новый аспект — признание прав и свобод местного ЛГБТ-сообщества. Представители коммьюнити тоже присоединились к митингам: они стали объединяться в квир-колонны и участвовать в маршах вместе с остальными протестующими, используя радужную символику и анти-гомофобные плакаты.

TJ поговорил с участниками квир-коллон и другими представителями ЛГБТ-сообщества Беларуси об их решении внести ЛГБТ-повестку в митинги и критике этой идеи, уровне гомофобии в стране и общих надеждах на перемены.

Наста — о гомофобии и видимости сообщества

В Беларуси на данный момент нет «закона о пропаганде». У нас даже показывали фильм «Девочка» (бельгийская драма 2018 года, снятая Лукасом Донтом — прим. TJ) про трансгендерную персону.

Но на деле у нас очень высокий уровень гомофобии. Большую роль играют церковь и костёл (речь о сторонниках православия и католицизма — двух основных религий в Беларуси — прим. TJ). Последний в 2019 году собрал около 55 тысяч подписей против ЛГБТ-людей. На этом фоне также прекратилась разработка специализированного закона о предотвращении домашнего насилия. В СМИ гомофобия цветёт, как и сексизм. В негосударственных СМИ в статьях пишут на тему ЛГБТ, но, конечно, несоразмерно мало. И это встречало больше негативную оценку со стороны аудитории.

Сейчас митинги сами по себе считаются нарушением закона (сегодня всё что угодно может считаться нарушением закона). Именно поэтому я считаю очень важным, что ЛГБТ-персоны стали видимыми. С первых маршей выходили люди с ЛГБТ-флагами. А с появлением полноценной колонны, пусть и немногочисленной, видимость только усилилась. Уже на следующем марше нас узнавали и улыбались.

Сегодня люди мирными способами добиваются свободы и демократии, и при этом многие из них же не понимают, что гомофобия и диктатура всегда идут рука об руку. Среди тех, с кем мы заодно, с кем мы желаем свободы, есть много людей негативно (и иногда агрессивно) настроенных против нас. Но сейчас мы имеем уникальную возможность показать, что мы заодно, что мы и есть один народ.

Я дважды участвовала в квир-колоннах. В первый раз мы, конечно, столкнулись с негативными и агрессивными реакциями в свой адрес. Люди старшего возраста пытались донести до нас: «Ну зачем вы это делаете? Зачем вы провоцируете?». Ещё один человек с матами пытался пригласить одну из участниц колонны «поговорить», но его оттолкнули те, кто шёл рядом с нами (не из квир-колонны, и это радует).

Милиция тоже не стоит в стороне: на одной из последних акций задержали четверо участников колонны. Одну отпустили до суда из-за несовершеннолетнего ребёнка, троим дали по 9 и 10 суток.

Через неделю квир-колонну уже узнавали. Мы решили прийти без флага, но надеть разноцветные майки. Несмотря на то, что были не все цвета и шли мы не в ряд, многие считывали и понимали, кто мы. Растерянность в глазах при встрече с нами, иногда грубые высказывания — да, всё это было. Но радует, что мы доносим свой месседж: мы один народ и хотим свободы. И люди это начинают осознавать.

Антон и Денис — о жизни однополой пары в Беларуси и неучастии в квир-колоннах

Как гей-пара, мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и однополые пары в России и большинстве других странах СНГ. Наш брак, который мы заключили в Дании, в Беларуси недействителен: как пара и семья в нашей стране мы существуем неофициально, по закону и Конституции мы приходимся друг другу никем.

Наши права нарушаются на законодательном уровне, и это — главная проблема. Согласно Конституции и Декларации прав человека, мы можем вступить в брак, ведь там не сказано, что сделать это могут только мужчина и женщина, но белорусские законы не дают нам этого права. Это несёт за собой печальные последствия: если кто-то из нас заболеет, партнёр не имеет права его посещать, в случае смерти второй человек не имеет никаких наследственных прав.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

25 июня – День прайд-флага ⠀ Прайд-флаг (Флаг свободы) является интернациональным символом сообщества лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров, а также движения в поддержку прав человека в их отношении. Традиционно флаг состоит из шести продольных полос, цвета которых идут в соответствии с природным порядком радуги сверху вниз: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, синий и фиолетовый. Флаг используется в шествиях гей-прайдов и других общественных акциях, вывешивается в гей-кварталах, на зданиях ЛГБТ-организаций и “Gay-friendly” заведений.. ⠀ Радужный флаг был разработан Гилбертом Бейкером специально для гей-прайда в Сан-Франциско 1978 года: “Когда я задумался о создании флага для гей-движения, не было никакого другого международного символа для нас, кроме розового треугольника, которым нацисты идентифицировали геев в концентрационных лагерях. Хотя розовый треугольник по-прежнему был мощным символом, но он всё же был нам навязан”. ⠀ 1978 год стал для местного ЛГБТ-сообщества историческим – впервые в Калифорнии открытый гей Харви Милк был избран на политический пост (в качестве члена городского наблюдательного совета). В то же время консерваторами штата была развернута кампания, направленная на внесение дискриминирующих поправок в законодательство (“Инициатива Бриггса”). ⠀ Флаг впервые был продемонстрирован 25 июня 1978 года в ходе гей-прайда, который собрал рекордные 250 тысяч участников. ⠀ “Любая революция начинается со слова “нет”. Нет несправедливости, нет насилию, нет дискриминации, нет притеснениям, нет рабству, нет существованию под гнётом постоянного страха. Да – любви. Дерзкие цвета нашего флага поддерживают эту идею. Радужный флаг жив потому, что представляет всех нас во всём нашем разнообразии и красоте… Каждый флаг символизирует идею. Радужный флаг – это здравый смысл и храбрые действия..” Гилберт Бейкер ⠀ #выборы2020 могут изменить нашу с тобой жизнь! Искренне твой #блог🦄 #НЕМОЙПРЕЗИДЕНТ

Публикация от 🏳️‍🌈Love is Love🏳️‍🌈 (@damaster_life)

Мы — открытые геи: мы не стесняемся, не боимся говорить о своей ориентации и отношениях и ведём совместный блог. Но мы выступаем против пропаганды: это тонкая грань, которую должен чувствовать каждый представитель ЛГБТ. У каждого человека должны быть свои права, и если кто-то считает ЛГБТ-персон ненормальными людьми, думает, что их чувства «неестественны», мы не можем насильно заставить его думать иначе.

Из-за работы у нас нет времени на то, чтобы участвовать в квир-колоннах (Денис и Антон занимаются собственным бизнесом и готовят торты на заказ — прим. TJ). Кроме того, изначально нас туда никто не приглашал, а навязываться мы не можем. Это решение связано с нашей личной точкой зрения.

Мы считаем, что проблема ЛГБТ-сообщества в Беларуси сегодня в том, что информирование у нас происходит очень плохо. ЛГБТ-организации варятся в собственном соку: грубо говоря, они информируют друг друга, а не людей, общество. Если мы хотим заявлять о себе, то эту информацию нужно распространять в широкие массы, заявление о нас должно быть видимым.

Протесты в Беларуси Фото AP

Лично мне (говорит Денис — прим. TJ) кажется, что сейчас ЛГБТ-акции и квир-колонны несвоевременны. Всё-таки у нас более глобальная цель: если мы хотим сломать режим, то мы должны объединяться, а присутствие ЛГБТ-повестки может вызвать у людей неприязнь и отторжение нас как сообщества. Конечно, меня интересует отношение к ЛГБТ претендентов на пост президента в новом правительстве — это острый вопрос, но задаваться он должен своевременно. А выходить единой колонной сейчас — неуместно и не вовремя.

Алексей — о решении внести ЛГБТ-повестку в митинги

Идея выйти единой квир-колонной мне всегда казалась привлекательной, но и в то же время слишком опасной. Принять участие в ней я решился после того, как меня пригласили туда мои квир-друзья и знакомые ЛГБТ-активисты. Я понял, что нас будет много, и это помогло мне победить чувство страха. Но тревога всё равно оставалась, так как с каждым днём разгоны всех демонстраций только усиливались и ужесточались.

Не знаю, корректно ли говорить, что я хотел внести ЛГБТ-повестку в митинг: считать ли повесткой демонстрацию того, что ЛГБТ-люди существуют и что они тоже ходят на протесты и тоже против беспредела силовиков? Я был рад выйти квир-колонной, как выходили отдельными колоннами учителя, студенты, рабочие заводов и ВДВ-шники. Потому что для меня привлекательна консолидация вокруг любой идентичности, будь это женщины, или шахтёры, или просто жители одного дома. В чувстве общности есть много силы, и здорово, когда она используется для протеста насилию и диктатуре.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Сегодня три человека подошли с вопросом “на х*я ты это делаешь? убери флаг!” и проч. Гораздо больше людей улыбалось, показывали “класс”, фоткались сами с флагами, доброжелательно кричали “О! пидоры с народом!”, и самое важное для меня, чуть не разревелась, когда услышала крики – “Это мой флаг!”. Когда нас осталось уже трое и мы шли в сторону метро, несколько раз тихарские бусы проезжали мимо, решили нас не трогать, не сегодня. Мне кажется, что мы ещё много не знаем, как происходящие события повлияли на нас, как на общество. У меня нет иллюзий, что со сменой власти в стране, уйдет необходимость в отстаивании своих прав для лгбтк+ персон, женщин, мигранто_к, людей с инвалидностью и всеми теми, кто вынуждены были бороться за свою безопасность и жизнь задолго до августа 2020 и скорее всего значительно позже. Но! осадочек от собственного молчания остался после первых “претензий”, и я придумала для себя выход. Когда на Стелле очередной мужчина решил мне рассказать, что мне надо убрать флаг, мои громкие слова “Это мой город! Это наш город!”, которые подхватила вся наша колонна ( тут я тоже чуть не разревелась), похоже заставили этого человека увидеть себя там, в толпе ОМОНа и ВВ за колючей проволокой. Он быстро ушел, опустив глаза. Я верю, что все имеет огромный смысл, что сейчас делаем все мы! Важно не подумать, что такие люди после смены власти останутся со своим родным и уютным сексизмом, гомофобией и прочим мусором, только без Лукашенко. Нет, перемены будут для всех. 🤍♥️🤍 ❤️🧡💛💚💙💜 Фото Даша Сапранецкая Огромная благодарность каждой и каждому, кто был_а в квир-колонне) вы вчера и сегодня были теми портными, которые латали во мне дыры, цой – гениален!

Публикация от Olga Goa (@o.goa)

Радужными флагами мы показывали, что протест неоднородный, что все социальные группы требуют демократии. Мы показывали, что ЛГБТ-люди не отсиживаются дома, а активно участвуют в политических процессах (хотя участие в митингах — это лишь малая доля того, что мы делаем), чтобы в будущем, когда режим падёт, а дискриминация останется, и мы продолжим нашу борьбу, больше людей поддержало нас, потому что в своё время и мы работали на общее дело.

Я понимаю, что новая власть всё равно остаётся властью, с её вертикальной иерархией и неизбежным приоритетом интересов одних над интересами других, поэтому я не боюсь, что поначалу может измениться мизер или вовсе ничего. Но я понимаю, что в атмосфере перемен есть больше пространства для заявления о себе, и большая готовность других людей воспринять эти заявления.

Хотя это всё теории, по сути главное, что ЛГБТ-люди, которые себя никак не обозначали, увидели, что так можно — что мы вышли, и нас не убили и не избили на месте сами протестующие. Возможно, для некоторых закрытых людей увидеть это было чем-то важным.

Алексей

Дарья — о невидимости женщин в ЛГБТ-среде и будущем после протестов

На мой взгляд, первая и главная цель наших квир-колонн — это создание видимости, стремление показать, что мы не откуда-то появились, а были здесь всегда, и мы тоже против несменяемости власти и насилия. Мы хотели бы донести людей идею, что само по себе насилие — это не ок, и то насилие, которое годами, десятилетиями совершается в отношении нас, теперь совершается и в отношении гетеросексуалов. Разница лишь, что «оправдание» для жестокости — не сексуальная ориентация, а убеждения и мировоззрение граждан. «Мы есть, мы — против», — вот что мы хотели сказать.

Помимо этого, мы стремились обозначить, что ЛГБТ-персоны так же, как и остальные граждане, считают, что выборы были нечестными и государство должно слышать граждан. Особенно если их выходит такое огромное количество — ведь впервые в истории Беларуси митинги проходят так масштабно.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

ㅤ — Не наделай глупостей. — Как я могу? Все глупости ты забираешь с собой. (ph: @radiosvaboda)

Публикация от Женя Велько ♥️✊✌️ (@zh.velko)

Важным в наших протестах для меня стал тот момент, что в квир-колонне приняло участие много женщин и людей с женской социализацией. Мне кажется, что когда говорят об ЛГБТ-коммьюнити, в основном речь идёт о геях, а женщины словно остаются невидимыми внутри сообщества. Но в этот раз они смогли заявить так громко и чётко, что эту невидимость удалось победить.

Касательно планов на будущее — мне сложно говорить за всё сообщество, поэтому я скажу только за себя. Если пройдут новые выборы и власть сменится, то я вижу долгую и довольно яркую дорогу вперёд для всего коммьюнити. Мы сможем стать видимыми и открытыми, заявлять о своей причастности к этим изменениям в обществе и стране и получить такое же равное, толерантное отношение к себе со стороны других граждан.

Если же власть останется прежней, то, мне кажется, будет рост упаднических настроений. Скорее всего, будет новая волна эмиграции — например, я и сама не хотела бы оставаться в таких условиях. Всё станет только хуже, если власть не сменится, а протесты утихнут: давить начнут уже всех подряд, и насилие станет повсеместным. Тем самым мы откатимся ещё лет на пятнадцать назад и будет уже совсем не так, как сейчас — когда ты подвергаешься насилию, но, кажется, не так сильно.

Евгений Велько — о реакции окружающих и СМИ

Реакция людей на ЛГБТ-символику на маршах была очень разная, но в целом я был приятно удивлён: многие из общей колонны улыбались нам, показывали сердечки и «викторию», кричали, что мы молодцы.

На квир-колонне пятого сентября к нам дважды подходили с откровенной агрессией. Сначала это была компания парней, один из которых кричал, что мы «перепутали протест», мол, «это не ваш день». Мы в ответ начали скандировать «наш день любой» — парень, видимо, остался крайне разочарованным, но в итоге вся компания ушла. Думаю, если он и хотел нам навредить, то сделать это в огромной и в целом дружелюбной к нам толпе довольно сложно.

Потом ещё женщина средних лет пыталась вытолкнуть меня из общей колонны с криками, что мы дискредитируем протест, позорим других людей. Мы начали скандировать «любой протест наш» — снова сработало, нас поддержали.

Евгений Велько

Когда в процессе марша я целовался с близким человеком, нам пыталась читать лекцию женщина в возрасте, что-то насчёт «девочки, обжимайтесь в другом месте» (поскольку мы оба не девочки, мы с чистой совестью это проигнорировали), но это даже как-то и не тянет на агрессию в стране, в которой ЛГБТ+ людей могут избить или убить практически безнаказанно (вспоминаем совершенное на почве гомофобии убийство Миши Пищевского и подставные «свидания», с которыми часто сталкиваются ЛГБТ-персоны). То, что мы вышли, замотанные в радужные и не только флаги, и люди хлопали нам и говорили слова поддержки — для меня это определённо хороший результат.

В данный момент люди боятся выходить на улицы и отстаивать свои права не только потому, что им не хватает осознанности, но и потому, что им эта осознанность не нужна. Всех и так всё устраивает.

Чёткое осознание того, что ЛГБТ+ персоны есть во всех сферах медиа заставляет людей увидеть те лица, которые не демонизированы гомофобной пропагандой.

Анна Мария Ефремова

Был интерес от многих негосударственных СМИ: например, «Радио Свобода» сделали много прекрасных кадров квир-колонны. Был интерес и от государственных, но, к сожалению, не с лучшей стороны: журналисты на марше попросили у нас комментарий, и мы не догадались спросить, из какого они издания, а потом выяснилось, что это «БТ» (телеканал «Беларусь 1», аналог российского «Первого канала» — прим. TJ) и что кадры со мной сопровождались заявлениями, что я наркоман, за которого должно быть стыдно родителям.

Тем не менее, я думаю, что появление ЛГБТ-сообщества и тематики на протестах — это огромный шаг и для сообщества, и для беларусов в принципе. Это как сказать: мы тоже против насилия, мы тоже против диктатуры — видите, мы такие же живые люди, как вы.

Источник

Поделись публикацией

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

5 × 2 =